— Да, товарищ генерал, вот у Кольки день рождения, так что простите нас…, — заикаясь от страха промямлил один из них.
— Ну, что же! Вам уже хватит, а я, если не возражаете, за здоровье Кольки не прочь выпить!
И тут же вылил в кружку оставшуюся водку и одним духом осушил ее.
— А сейчас, марш все в казарму! — скомандовал комкор.
Десантник Колька, если жив, наверняка и сейчас помнит, как комкор Маргелов выпил кружку водки за его десантное здоровье.
Другому случаю свидетелями было несколько офицеров штаба корпуса. Дело было так. Маргелов В.Ф. ехал из Никольского гарнизона и по дороге встретил солдата. Выяснилось, что он возвращался из самоволки. Разбираться с ним не было времени, да и уже темнело. Узнав фамилию самовольщика и номер части, комкор спросил:
— Штаб корпуса знаешь где находится?
— Знаю, товарищ генерал!
— Так вот, если через полчаса не будешь там, чтобы разобраться с тобой до конца, сгною на гауптвахте! Понял?
— Так точно, товарищ генерал!
А от Никольского гарнизона до штаба было не менее 5–6 километров, так что солдат явно не смог прибыть туда вовремя.
Отдав приказ, комкор сел в «виллис» и поехал.
Офицеры рассказывали, что вслед за прибывшим в штаб Маргеловым появился солдат, который доложил, что его срочно вызывает комкор.
Появившись в кабинете, солдат доложил оторопевшему от неожиданности Василию Филипповичу, что прибыл по его приказу. Придя в себя, Маргелов спросил:
— Как же ты, стервец, успел так быстро добраться сюда?
Солдат, улыбаясь, признался, что он, когда комкор садился в машину, прицепился на запасное колесо «виллиса» и вместе с ним доехал до штаба.
Василий Филиппович искренне смеялся, восхищаясь десантной находчивостью самовольщика, и приказал дежурному отпустить с миром этого пройдоху.
Однако были случаи и серьезнее.
Однажды встревоженный оперативный дежурный доложил комкору, что в 299-м гвардейском полку 98-й гв. вдд пьяный часовой не подпускает никого к посту и угрожает расстрелять караул и командира полка.
Встревоженный Маргелов тут же поехал в полк, и, увидев растерявшегося командира полка подполковника Власова, пришел в ярость.
Расстегнув шинель. он, невзирая на протесты бывших с ним офицеров, решительно направился к посту.
Идя к часовому, он резко крикнул ему:
— Ты знаешь меня?
— Да, знаю. Вы генерал Маргелов! Не подходите, застрелю Вас!
— Слушай, солдат! Даю тебе честное генеральское слово, если отдашь мне автомат, судить тебя не буду!
— Товарищ генерал! Не подходите, застрелю!
— Ах ты, мудак паршивый, стреляй, гад, в своего генерала! Меня фашисты расстреливали четыре раза и не убили! А ты, засранец, хочешь убить!
Распахнув шинель, решительно двинулся на пост.
Солдат явно растерялся. Такого оборота дела не ждал, и, видимо, трезвея, крикнул:
— А Вы действительно не накажете меня?