– демографические признаки, определяющие физические свойства личности преступника;
– признаки, указывающие на должностное положение, характер выполняемой работы и какую-либо профессию лица;
– признаки, характеризующие лицо, занимавшееся в прошлом антисоциальной деятельностью, а также наличие повторно-сти преступления.[280]
В связи с этим представляется, что, указывая повторность как признак специального субъекта (по действующему законодательству – неоднократность, ст. 16 УК РФ), позиция Р. Орымбаева вызывает возражения. Более правильную точку зрения в этом вопросе занимают Н. Ф. Кузнецова и Г. Н. Борзенков, которые полагают, что повторность (неоднократность) относится к признакам объективной стороны преступления, а не является признаком специального субъекта.[281]
Действительно, неоднократность, скорее, характеризовала общественную опасность преступного деяния и само лицо, его совершившее, но ни в коей мере не выступала специфическим признаком (свойством) субъекта преступления.
Впрочем, и сам Р. Орымбаев не отрицал, что повторность обычно свидетельствует о более высокой степени общественной опасности лица, совершившего преступление.[282]
Классификация признаков специального субъекта преступления, предложенная Л. Д. Ермаковой, также условна и не является исчерпывающей. Основные признаки специального субъекта она группирует: по государственно-правовому положению; демографическому признаку; семейно-родственным отношениям; должностному положению; характеру выполняемой работы; отношению к военной службе; характеру обязанностей граждан в отношении государства; особому положению лица, связанного с совершением какого-либо преступления, и другим признакам.[283]
В свою очередь, Г. Н. Борзенков подразделяет признаки специального субъекта преступления на три большие группы, характеризующие:
– социальную роль, а также правовое положение субъекта;
– физические свойства лица, совершившего преступление;
– взаимоотношения субъекта с потерпевшим.[284]
Наиболее многочисленной из представленных групп, как и во многих других классификациях, является первая группа, объединяющая специальных субъектов по следующим признакам: гражданство (гражданин РФ, иностранец, лицо без гражданства); должностное положение лица, профессия (врач, водитель, педагог); род занятий; разновидность представителя власти (следователь, судья, прокурор, депутат); участник судебного процесса (свидетель, потерпевший, переводчик, эксперт); отношение к военной службе (военнослужащий); отношение лица к судимости и т. п.
Вторую, значительно меньшую, группу образуют признаки специального субъекта, которые характеризуют его социально-демографические данные (пол, возраст, состояние здоровья и т. п.).
Третья группа признаков специального субъекта, как уже было отмечено, содержит и отражает особенности, характеризующие отношение данного лица с потерпевшим и другими лицами.[285]
Данная классификация признаков специального субъекта, разумеется, как и предыдущая, также условна и небесспорна. Так, к многочисленным признакам специального субъекта Г. Н. Борзенков относит судимость за однородное преступление, а также судимость за неоднократное хищение.[286] Представляется, что с этим утверждением вряд ли можно согласиться, так как судимость лица не является дополнительным признаком субъекта преступления. Судимость правильнее рассматривать как признак или особенность уголовно-правовой характеристики личности преступника, которая в большинстве своем свидетельствует о его повышенной общественной опасности. В данном случае следует говорить о свойствах личности преступника, так как судимость, как правило, определяет устойчивую антиобщественную направленность лица, которое вновь совершает преступное деяние. При этом существование в уголовном праве понятия специального субъекта, прежде всего, обусловлено спецификой совершения отдельных видов преступлений и самого субъекта, наделенного дополнительными признаками.
Давая понятие специального субъекта, В. В. Устименко особо отмечает, что специальный субъект преступления – это такое лицо, которое обладает наряду с вменяемостью и возрастом еще и иным дополнительным признаком, предусмотренным в уголовном законе или прямо вытекающим из него, ограничивающим круг лиц, несущих ответственность по данному закону.[287]
Вызывает определенный интерес классификация признаков специального субъекта в УК Франции 1992 г., которые по своему содержанию весьма разнообразны и могут быть подразделены на три группы.
К первой группе относятся признаки, характеризующие правовое положение лица, а также выполняемые им функции (гражданство, служебное или должностное положение, профессия или род занятий, лицо, участвующее в судебном процессе, лицо, которое осуждено или заключено под стражу и т. п.).
Ко второй группе относятся признаки субъекта, отражающие его демографические особенности (пол, возраст и др.).
К третьей группе признаков относятся особенности субъекта, характеризующие его отношения с потерпевшим (брачно-семейные, родственные и другие отношения).[288]
Следует отметить, что некоторые признаки специального субъекта данной классификации и ранее рассмотренных в какой-то степени перекликаются, что свидетельствует об общих подходах в исследовании данной проблемы как отечественных, так и зарубежных ученых.
Однако в большинстве случаев (примерно около 60 %), как отмечает В. В. Устименко, признаки специальных субъектов преступления достаточно четко сформулированы законодателем в основных составах преступлений, которые описаны в Особенной части Уголовного кодекса РФ.[289]
Таким образом, подавляющее большинство исследователей в определении понятия специального субъекта преступления делают акцент на наличии в нем дополнительных признаков, позволяющих отграничивать его от общего субъекта.
По данным нашего исследования, в действующем УК РФ 1996 г. содержится 43 % статей со специальным субъектом преступления. Из них 32 % преступлений законодателем сконструированы как основные составы, а 11 % можно отнести к квалифицированным.
Наиболее характерны разделы с ярко выраженными признаками специального субъекта, например: преступления, направленные против государственной власти, – 11 %; преступления против личности – 9; преступления, посягающие на общественную безопасность и общественный порядок, – 8; а также группа преступлений, направленных против военной службы, – 8 %.
По данным другого исследования количество статей Особенной части УК РФ 1996 г. со специальным субъектом составляет около 40 %,[290] что также свидетельствует о сложном и неоднозначном подходе в его определении.
Особо следует отметить, что в УК РФ имеется много норм, в которых специальным субъектом преступления является должностное лицо. Признаки его определены в примечании к ст. 285 УК. Так, основные традиционные составы со специальным субъектом следующие: злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285), нецелевое расходование бюджетных средств (ст. 2851), нецелевое расходование средств государственных внебюджетных фондов (ст. 2852), превышение должностных полномочий (ст. 286), незаконное участие в предпринимательской деятельности ст. 289), получение взятки (ст. 290), служебный подлог (ст. 292) и др. Хотя понятие должностного лица более детализировано, по сравнению с понятием, которое имело место в примечании к ст. 170 УК РСФСР 1960 г., тем не менее, и оно требует некоторого уточнения в части, касающейся признаков должностного лица.
К новым составам со специальным субъектом преступления в УК РФ 1996 г. относятся следующие преступные деяния: отказ в предоставлении гражданину информации (ст. 140), воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности (ст. 169), отказ в предоставлении информации Федеральному Собранию Российской Федерации или Счетной палате Российской Федерации (ст. 287), фальсификация доказательств (ст. 303), планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны (ст. 353) и др.
Специальными субъектами преступлений нередко бывают представители власти, правоохранительных или контролирующих органов, являющиеся должностными лицами. Представители власти в установленном законом порядке от имени государства по отношению к другим гражданам наделены определенными функциями и полномочиями. Так, к данной категории лиц относятся: депутаты любого уровня, главы администраций, мэры городов, работники органов надзора в различных сферах деятельности и т. п.
К представителям власти, согласно закону (примечание к ст. 318 – применение насилия в отношении представителя власти), относятся: прокурор, следователь или лицо, производящее дознание, когда речь идет о привлечении заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 299) или незаконном освобождении от уголовной ответственности (ст. 300), а также судья, который вынес заведомо неправосудный приговор, решение или иной судебный акт (ст. 305 УК РФ).
[280] См.: Орымбаев Р. Указ. соч. С. 49–59. – Данную точку зрения автора в этом вопросе разделяют В. В. Труфанов и С. Ф. Милюков (см. рецензию на монографию Р. Орымбаева «Специальный субъект преступления» // Правоведение. 1980. № 3. С. 109–110).
[281] См.: Кузнецова Н. Ф. Преступление и преступность. С. 66; Борзенков Г. Н. Специальный субъект преступления // Курс уголовного права. Т. 1 / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. С. 286. – Закон РФ, принятый Государственной Думой 21 ноября 2003 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации», исключил из УК РФ 1996 г. ст. 16 – «Неоднократность преступлений».
[282] См.: Орымбаев Р. Указ. соч. С. 46.
[283] См.: Ермакова Л. Д. Специальный субъект преступления // Уголовное право Российской Федерации. Общая часть / Под ред. Б. В. Здравомыслова. С. 217.
[284] См.: Борзенков Г. Н. Указ. соч. С. 286.
[285] Там же.
[286] Там же.
[287] См.: Устименко В. В. Специальный субъект преступления. С. 23.
[288] См.: Крылова Н. Е. Основные черты нового Уголовного кодекса Франции. М., 1996. С. 47.
[289] См.: Устименко В. В. Указ. соч. С. 16.
[290] См.: Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник для юрид. вузов / Под. ред. Б. В. Здравомыслова. М., 1996. С. 241. Как отмечает В. В. Устименко, в УК РСФСР I960 г., по данным П. Ф. Тельнова, из 232 статей насчитывалось 80 (34,5 %) преступлений со специальным субъектом, а по данным С. П. Бузыновой, признаки специальных субъектов содержались в 46 % основных составов. В свою очередь, П. С. Дагель выделял 88, а Н. Ф. Кузнецова – 55 основных составов преступлений со специальным субъектом. Н. С. Лейкина и Н. П. Грабовская, наряду с должностными и воинскими преступлениями, указывали еще на 55 составов, в которых имел место специальный субъект преступления (см.: Устименко В. В. Специальный субъект преступления. С. 7).