— Резвушка, что ты делаешь?! — она беззлобно пожурила козу.
Реймор решил, что лучше подняться на ноги. Вышло не так лихо, как хотелось. Зато сам. Все тело ныло. Приятного мало, но терпимо. Мей наблюдала из-под ресниц, чуть исподлобья, отчего сама походила на проказливого козленка. Любопытного и очень милого, в отличие от тех, кого пасла.
— А ты из свиты князя, да?
— Можно и так сказать, — Реймор одернул рубаху.
Так вот в чем дело. Пастушка его не узнала. Неудивительно, последний раз он здесь был… Да, точно! Никогда.
Реймор мельком глянул на девушку. Ее лицо выражало сомнение.
— Меня зовут Мор, — князь не то, чтобы лгал.
— Какое странное имя, — недоверчиво протянула Мей.
— Вообще-то, Мордекай, но никто выговорить не может, — Реймор почувствовал азарт.
— И ты видел князя? — девушка все еще сомневалась. — Вблизи?
— Конечно! А что?
Мейден замялась, делая вид, что сейчас главным для нее было встать с земли. Реймор, молча, протянул руку и помог ей подняться.
Девушка оказалась достаточно рослой, стройной, с небольшой, но высокой грудью и тонкими запястьями. Последнее князя удивило. Слишком изящные руки для простушки.
— Говорят, — нерешительно начала Мейден, — князь не человек, а змей. И у него чешуя вместо кожи. По всему телу. И даже на лице. Поэтому он на людях не показывается. Это правда?
— О, да, — протянул Реймор, наблюдая за реакцией девушки.
Прятать улыбку при этом становилось все трудней.
Ее и без того большие глаза распахнулись еще шире. Доверчивость Мейден была по-детски невинной. И от того, как все это сочеталось с ее женственностью, сердце князя затопила нежность.
— Чешуя везде! — он серьезно закивал. — И костяные бугры на черепе, да. Почти рога, только маленькие.
Мейден поспешно прикрыла рот рукой, тихо охнув при этом.
— А еще по ночам, — Реймор специально понизил голос и оглянулся по сторонам, изображая опасение быть услышанным, — он ест сердца юных дев.
Девушка в ужасе отпрянула, но тут же сообразила, что новый знакомый ее разыграл.
— Все ты врешь! — она шутливо нахмурила бровки. — Смотрю, баюн, тебе полегчало. Шел бы ты, Мор, пока его змейшество тебя не хватилось. А то, чего доброго, перед сном твоим сердечком закусить надумает.
— Его змейшество, между прочим, пир в честь прибытия закатывает. На подданных посмотреть, себя показать, — Реймор неожиданно заметил, что подражает манере Мейден. — Придешь?
— Приглашаешь? — не растерялась девушка.
— Зову! Там и танцы будут.
— Ох, не знаю, — Мейден хитро прищурилась. — Дядя говорил, благонравные девицы на танцульки не бегают.
— А ты такая?
— Конечно, — возмутилась девушка.
Знала бы она, что перед ней сам князь, но открыть себя и приказать Мейден явиться в замок он не мог. Это испортило бы всю игру.
Реймор испытал досаду: он уже в деталях представил, каким станет лицо пастушки, когда вечером на пиру она увидит его во главе стола и поймет, с кем позволила себе вольные шуточки днем. И уж тогда-то не посмеет ни ломаться, ни тем более отказать.