Акведук Пилата: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Конечно, я предполагал такой поворот беседы. И на этот случай у меня была заготовлена тирада, достойная служить эталоном утонченного хамства. Она оскорбляла одновременно и местные обычаи, и местную религию, и самого Каиафу.

– Ты, иудейский жрец, будешь учить римского всадника римским законам? Да будет тебе известно: императору и сенату безразлично, кто или что называется царями в этой варварской Азии. По вашим книгам, здесь испокон веков каждая свинья называлась если не царем, так пророком или первосвященником (последнюю фразу я намеренно произнес на арамейском, для большего эффекта).

Тут надо знать, что со свиньей у местный азиатов связано какое-то поверье, настолько скверное, что они предпочтут скорее нырнуть в нужник, чем коснуться этого безобидного животного. Употребление свинины в пищу у них считается святотатством, а сравнить местного жителя со свиньей – это в сто раз хуже, чем назвать его кастратом и сыном ослицы.

– Ты… Ты… – лицо иудейского понтифика приобрело свекольный цвет, – ты ответишь за это, прокуратор!

– О, я не ослышался? Этот человек угрожал наместнику Рима? – я повернулся к стоявшим у дверей Марцию Германику и Игенсу Публию, – вы слышали?

– Так точно, префект! – хором ответили центурион и претор.

– Надеюсь, Каиафа, ты понимаешь, насколько неудачно выразился? Не желаешь ли принести извинения, или будем считать твои слова официальной позицией синедриона?

Тот покраснел еще сильнее и выдавил из себя:

– Извини, почтенный. Я испытываю трудности с латынью. Я хотел сказать, что ты ответил на мой вопрос, и я признаю, что это я, а не ты ошибся в толковании римского закона.

– В таком случае, недоразумение исчерпано. Хотел ли ты спросить у меня что-либо еще?

– Да, с твоего позволения. Этот Иешуа из Назарета объявил себя сыном бога.

– Вот как? Не иначе, как сыном Меркурия, который у эллинов зовется Гермесом, а в ваших краях – Тотмесом. Такое родство объясняло бы дар убеждения, имеющийся у этого юноши. Как известно, Гермес был отцом Автолика и прадедом Одиссея, прославившегося своим хитроумием во время троянской войны и после, на родной Итаке. Все это описано в «Илиаде» и «Одиссее» Гомера.

– Что я слышу, прокуратор! Ты в это веришь?

– Почему бы и нет? – я совершенно искренне пожал плечами, – Гомер заслуживает доверия, поскольку сам великий Аристотель рекомендовал его сочинения Александру, царю Македонии, который завоевал половину мира и сам был, возможно, сыном бога Аполлона, покровителя наук и искусств, вещающего через оракул, что в Дельфах.

– Я говорю об истинно сущем боге, – сказал Каиафа, – а не о богах, выдуманных вашим Гомером…

Здесь мне следовало возмутиться. Я с силой ударил обоими кулаками по столу.

– Ты в своем ли уме, что насмехаешься над богами Рима?! Может быть, ты также находишь забавной выдумкой легионы VI «Феррата» и X «Фретенсис»? Хочешь увидеть поближе их аквилы, чтобы сравнить с твоим истинно сущим богом? Клянусь Юпитером, я могу это устроить. И в Иерусалиме будет самая веселая пасха с того раза, когда халдеи сравняли с землей ваш предыдущий храм. Что скажешь, иудейский жрец?

– Прости, прокуратор! Снова моя латынь хромает. Я лишь хотел сказать, что этот галилеянин выдавал себя не за сына одного из богов, описанных Гомером, а за сына того бога, которому поклоняемся мы.

– Так следи за свой латынью, а то как бы и тебе не захромать. И какое, скажи, мне дело до похождений ваших здешних богов?

– По нашему закону, прокуратор, сказать такое – значит совершить святотатство. За это побивают камнями.

– Вот как? – я повернулся к Марцию и Игенсу – вы слышали? Этот жрец угрожает побить меня камнями за то, что я непочтительно высказался о его божке.

Каиафа всплеснул руками:

– Не тебя, не тебя! Ты не понял, прокуратор…

– Префект, разреши, я дам этой азиатской свинье в рыло, – перебил его Марций.

Чувства бравого центуриона были мне понятны, но… Я вздохнул.

– Не разрешаю. Наша задача – цивилизовать аборигенов. А оттого, что ты дашь ему в рыло, он не цивилизуется. Это понятно?

– Так точно, префект.

–… Поэтому, – заключил я, – просто выведи его вон.

4

«Клавдия Прокула Юстина приветствует Понтия Пилата.