– И пусть. Это будет большим облегчением.
– Что? – не поняла Сара.
Гидеон пожал плечами и откинулся на ступеньки. Обида и злость буквально пожирали его.
– Смерть, – пояснил Гидеон.
5
– Садись.
В допросной из мебели были стол, стул и табурет.
Джейк устало опустился на табурет.
Ночь в камере оказалась сущим адом, там царили шум, страх и голод. Кожу саднило от соломенного матраса. Джейк постоянно чесался из-за блох и вдобавок ему разбили губу, когда он по глупости попросил заткнуться одного пьянчугу.
Ему требовалась горячая еда и постель, а вместо этого пришлось всю ночь держать ухо востро.
Инспектор Алленби, худой мужчина в аккуратном сером костюме, сел на стул. Он не стал ни о чем спрашивать. Вместо этого в зловещей тишине достал небольшую дорожную сумку, которую изъяли у Джейка при обыске, открыл и не спеша разложил на столе содержимое.
Джейк, стараясь казаться невозмутимым, наблюдал.
Расческа. Не пластмассовая, деревянная.
Кошелек с деньгами. Никакого риска – все выпущены до перехода к десятичной системе.
Аптечка. Таблетки и маленький стеклянный шприц.
Алленби пожелтевшими от никотина пальцами разделил обезболивающие и антибиотики.
– Что это?
Джейк пожал плечами:
– Тетушкины лекарства от сердца. Купил по рецепту.
– Понятно. А это?
Алленби посмотрел Джейку в глаза.
Пистолет.
Юноша похолодел.
Маленький дамский пистолет с перламутровой рукояткой, сделан в середине девятнадцатого века. Пирс отыскал его в одном из чуланов аббатства, почистил и зарядил. С виду как игрушечный, но убить из него можно. Уортон настаивал на том, чтобы Джейку дали оружие.
Джейк мысленно проклял своего учителя.
– Просто антикварная вещица.
– Это – нарушение закона.
Джейк пожал плечами:
– Сейчас война. Тетушка захотела вооружиться. Так, на всякий случай.
– Например?