План Сталина: Борьба за войну и против политики мира. 1927–1946. Книга 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В Советской России под красной пятиконечной звездой подразумевалось единство мирового пролетариата всех пяти континентов Земли: пять концов звезды — пять материков планеты. Красный цвет — цвет пролетарской революции, он должен был объединить все пять континентов единой целью и единым началом. Большая советская энциклопедия давала такую трактовку этому символу: «…красная пятиконечная звезда… — символ конечного торжества идей коммунизма на пяти континентах Земного шара…». Таким образом красная звезда — знак Коминтерна. [3]. «Красная звезда». Википедия.

И герб, и главный лозунг оставались неизменными пока существовал СССР, вплоть до 1991 года. С исчезновением Советского Союза они также прекратили свое существование.

Рис. 2.1. Герб СССР

Рис. 2.2. Эмблема Вооруженных Сил СССР.

Посмотрим теперь, как был устроен СССР. Устройство советского государства было прописано в «Декларации об образовании СССР». Этот документ был принят в декабре 1922 года и в дальнейшем практически дословно был включен в Конституцию СССР (см. цитату выше):

«… доступ в Союз открыт всем социалистическим советским республикам, как существующим, так и имеющим возникнуть в будущем, что новое союзное государство является достойным увенчанием заложенных еще в октябре 1917 года основ мирного сожительства и братского сотрудничества народов, что оно послужит верным оплотом против мирового капитализма и новым решительным шагом по пути объединения трудящихся всех стран в мировую Социалистическую Советскую Республику». (I СЪЕЗД СОВЕТОВ СССР. ДЕКЛАРАЦИЯ ОБ ОБРАЗОВАНИИ СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК от 30 декабря 1922 года).

Здесь описан принципиально новый подход к построению нового государства. Как видно, Главная цель СССР — «объединения трудящихся всех стран в мировую Социалистическую Советскую Республику» по существу была закреплена в первой Конституции. Причем эта цель была дополнена принципиально новым подходом к построению будущей Мировой республики. Достаточно осуществить где-то социалистическую революцию — и можно присоединять эту территорию к СССР. Даже общих границ не требуется. Приведенная трактовка не отличается от характеристики данной этому документу В. Суворовым:

«Декларация об образовании СССР — это официальный документ о главной цели огромного государства: разрушить и подчинить все остальные государства мира». (Выд. — Авт.) [2, с. 19]. В. Суворов. «Ледокол: Кто начал Вторую мировую войну?»

Итак, в 1922 году в СССР вместе с идеологической концепцией будущего захвата мира была создана юридическая база создания мировой коммунистической империи. Теперь дело было за «малым». Нужно было, чтобы образовались новые социалистические советские республики, которые СССР мог бы к себе присоединить.

Но каким способом можно осуществить социалистические революции в других странах?

Существовали две концепции решения этой задачи. Первая — это экспорт революции путем финансовой, идеологической и, возможно, военной помощи коммунистам других стран. Эта концепция реализовывалась через Коминтерн — организацию, объединяющую коммунистические партии различных стран с управляющим центром в Москве. Однако все попытки Коминтерна организовать экспорт революции закончились провалом. Поэтому данная организация в дальнейшем использовалась Сталиным главным образом для создания сети шпионажа, для пропагандистских целей, а также для нахождения и поддержания за границей агентов влияния.

Вот как описывает деятельность Коминтерна один из ее активных агентов В. Кривицкий:

«Пережив потрясение от поражения в Германии, Москва стала искать новые сферы завоеваний. Уже глубокой осенью 1924 года положение в Германии стабилизировалось. Коминтерн еще почти шесть лет не мог одержать ни одной победы для оправдания огромных денежных трат и человеческих жертв. Тысячи коминтерновцев паразитировали за счет Советской власти. Положение Зиновьева [главы Коминтерна — авт.] в партии становилось зыбким. Добиться ощутимой победы в любой точке земного шара и любой ценой было просто необходимо. С запада с Советской Россией граничила Эстония, крохотное государство, явно находившееся тогда в тисках кризиса. Зиновьев вместе с Исполкомом Коминтерна приняли решение отбросить в сторону все марксистские теории. Призвав к себе начальника Разведуправления Красной Армии Берзина, Зиновьев сказал ему примерно следующее: — Эстония переживает революционный кризис. Мы не станем действовать так, как это было в Германии. Нам нужны новые методы — никаких стачек, никакой агитации. Всё, что нам нужно, — это несколько крепко сколоченных групп, руководимых горсткой командиров Красной Армии, и в два-три дня мы станем хозяевами Эстонии. Берзин был человеком, который привык подчиняться приказам. Через несколько дней была создана группа командиров человек в шестьдесят, главным образом выходцев из Прибалтики, во главе с Жибуром, героем гражданской войны. Им было приказано проникнуть в Эстонию, используя различные пути; одни прибыли туда из Финляндии и Латвии, другие тайно перешли границу. В Эстонии их ожидали рассыпанные по всей стране группы общей численностью около сотни человек. К концу ноября все приготовления закончились. Утром 1 декабря 1924 года вспыхнула «революция» в намеченных стратегических точках Ревеля, столицы страны. В стране сохранялось полное спокойствие. Рабочие, как всегда, направлялись на работу на свои фабрики. Шла своим чередом деловая жизнь, и через 4 часа “революция” была полностью подавлена. Около ста пятидесяти коммунистов были убиты на месте. Сотни других, никак не связанных с этим делом, попали в тюрьму. Красные командиры быстро вернулись в Россию заранее запланированными путями. Жибур вновь сел за свой рабочий стол в управлении Генерального штаба, а историю с эстонской революцией постарались как можно быстрее замять.

В Болгарии Коминтерну удалось некоторое время продержаться, пока у власти был Стамболийский, лидер Крестьянской партии. Стамболийский был дружески настроен по отношению к Москве. Остатки белой армии генерала Врангеля, которую большевики вытеснили из Крыма, осели на территории Болгарии, и советское правительство мечтало устранить эту угрозу. С согласия Стамболийского из России была заслана для этой цели группа секретных агентов. Они пользовались разными методами, начиная с публикаций в прессе и кончая убийствами. В какой-то степени им удалось деморализовать эту потенциально опасную для Советского Союза армию. Несмотря на дружеские отношения между Стамболийским и Москвой, Коминтерн дал указание Болгарской компартии оставаться нейтральной, когда Цанков устроил военный переворот, свергший правительство Стамболийского. Болгарские коммунистические лидеры лелеяли надежду, что в результате смертельной схватки между реакционными военными элементами и Стамболийским вся власть окажется в их руках. Стамболийский был сброшен и убит. Цанков установил военную диктатуру. Тысячи невинных людей пошли на виселицы, а компартия ушла в подполье. Прошло два года, и коммунисты решили, что настало время устроить путч. Заговор был составлен в Москве руководителями Болгарской компартии с помощью руководства Красной Армии. Одним из этих болгарских лидеров был Георгий Димитров. Коммунисты разузнали, что 16 апреля 1925 года высокопоставленные члены правительства будут присутствовать на богослужении в Софийском кафедральном соборе. ЦК Компартии решил воспользоваться случаем для восстания. Во время службы в соборе была взорвана бомба. Погибло около 150 человек. Но премьер-министр Цанков и его министры не пострадали. Все непосредственные участники покушения были казнены. Сам Димитров продолжал работать по заданиям Коминтерна в Москве. Его вскоре назначили представителем Коминтерна в Германии. В конце 1932 года его вызвали в Москву, и знающие люди поговаривали, что его карьере пришел конец. Он не успел подчиниться приказу, так как был арестован в связи со знаменитым делом о поджоге рейхстага. Благодаря смелому и умному поведению на нацистском суде, когда ему удалось возложить вину на самих нацистов, коммунисты признали в нём героя...

Москва выискала научное оправдание своих неудач в Венгрии, Польше, Германии, Эстонии и Болгарии. Целые тома тезисов, резолюций и докладов составляли основу этих доказательств. Ни в одном из них, однако, не было и намека на то, что большевизм и его русские лидеры несут ответственность за эти неудачи. Миф о непогрешимости руководства Коминтерна поддерживался с истинно религиозным упорством. Чем очевидней становился факт провала, тем грандиозней росли планы на будущее, изощренней становилась структура Коминтерна». [4]. В. Кривицкий. «Я был агентом Сталина».

Кроме идеи экспорта революции, существовала вторая, основная концепция — экспансия социалистических завоеваний в результате войны. В ее основе лежал ленинский тезис о «превращении империалистской войны в войну гражданскую». «Война гражданская» в переводе с коммунистического на русский означает «революция». Этот лозунг позволил большевикам захватить власть в России в 1917 году. Поэтому именно вторая концепция была наиболее надежной и отработанной для совершения революции. Однако для реализации этого подхода требовалась «империалистическая» война, причем с участием СССР. Без его участия война может не перерасти куда следует! И, конечно, самое главное — в этой войне СССР должен одержать победу! Вот тогда всё будет «превращаться» и «перерастать» правильно. Однако для победы в войне с империалистическими державами СССР должен был стать мощной индустриальной державой. В 1922 году он таковой не являлся. Поэтому планы по расширению СССР пришлось отложить почти на два десятилетия и заняться созданием индустриальной державы.

Интересно, что в первые годы после революции идеи продвижения революционных завоеваний и идеи просто военных завоеваний тесно переплетались.

«Исследователь Л.А. Коган суммировал высказывания и предложения других известных деятелей партии того времени на этот счет: Л.Д. Троцкий в 1919 г. предлагал сформировать мощный конный корпус для броска в Индию, так как, по его мнению, путь на Запад пролегал через Афганистан, Бенгалию и Пенджаб. Н.И. Подвойскому принадлежит высказывание о том, что «одно должно претворяться в другое так, чтобы нельзя было сказать, где кончается война и начинается революция». Предлагая создать Генеральный штаб III Интернационала, М.Н. Тухачевский писал в июле 1920 г.: “Война может быть окончена лишь с завоеванием всемирной диктатуры пролетариата”. Известны и другие сентенции. К.Б. Радек: “Мы всегда были за революционную войну... штык — очень существенная вещь, необходимая для введения коммунизма”; Ф.Э. Дзержинский: “Мы идем завоевывать весь мир, несмотря на все жертвы, которые мы еще понесем”; Н.И. Бухарин: “Рабочее государство, ведя войну, стремится расширить и укрепить тот хозяйственный базис, на котором оно возникло, то есть социалистические производственные отношения (отсюда, между прочим, ясна принципиальная допустимость даже наступательной революционно-социалистической войны)”; “Гражданская война — минус, но она дает возможность перестройки на новых началах”. В 1919 г. в Петрограде вышла книга Г. Борисова (псевдоним экономиста и философа И.А. Давыдова) под названием “Диктатура пролетариата”, в которой прозвучало откровенное признание: «Нет, не мир, а меч несет в мир диктатура пролетариата”». [5]. И.В. Павлова. «Поиски правды o кануне Второй мировой войны».

Идеологи коммунизма рассматривали войну как источник революции. И эта революция может победить, если будет поддержана сильной коммунистической партией. Эта идея для Сталина стала главной. Можно сказать, что его формулой стала «Мировая революция — мировая война плюс коммунистическая партия».

В реализации своих целей Сталин был исключительно последователен. К Главной цели — расширению коммунистических завоеваний он методично шел в течение всей жизни. Формула Сталина давала ему метод достижения этой цели.

В политике Сталин не был догматиком. В случае необходимости он легко отказывался от ненужных ему лозунгов и кардинально менял тактику. В последующих главах мы увидим много таких примеров. Однако стратегическую цель Сталин никогда не забывал. Смена тактики всегда была методом скорейшего продвижения к стратегической цели. Сталин был прагматиком. Причем прагматиком с великолепными аналитическими способностями, с огромной трудоспособностью, дисциплинированностью и целеустремленностью. В способности методично и терпеливо решать сверхсложные задачи в течение долгого времени и добиваться в конце концов их решения ему не было равных. Поэтому задачу продвижения к Главной цели он решал, тщательно просчитывая каждый свой шаг.

Тезис о мировой войне — предтече социалистической революции Сталин постоянно поддерживал как важнейшее теоретическое положение марксизма-ленинизма. Одновременно с этим он внедрял в общественное сознание идею о неизбежности и близости большой «империалистической» войны. О связке мировой войны и революции Сталин говорил на XVI съезде партии в 1930 году. На XVII съезде в 1934 году им был сформулировал тезис «о социалистических революциях как результате мировой войны»:

«Дело явным образом идет к новой войне. … Как известно, во время первой империалистической войны тоже хотели уничтожить одну из великих держав — Германию и поживиться за ее счет. А что из этого вышло? Германию они не уничтожили, но посеяли в Германии такую ненависть к победителям и создали такую богатую почву для реванша, что до сих пор еще не могут, да, пожалуй, не скоро еще смогут расхлебать ту отвратительную кашу, которую сами же заварили. Но зато они получили разгром капитализма в России, победу пролетарской революции в России и — ясное дело — Советский Союз. Где гарантия, что Вторая империалистическая война даст им "лучшие" результаты, чем первая? Не вернее ли будет предположить обратное?» (Выд. — Авт.) [6]. И.В. Сталин. «Отчетный доклад XVII съезду партии».

В отчетном докладе на XVIII съезде в 1939 году разбору этой темы Сталин посвятил уже целый раздел.

«1. [...]. На очереди встал вопрос о новом переделе мира посредством войны.

2. Обострение международного политического положения, крушение послевоенной системы мирных договоров, начало новой империалистической войны». [...]

Характерная черта новой империалистической войны состоит в том, что она не стала еще всеобщей, мировой войной. Войну ведут государства-агрессоры, всячески ущемляя интересы неагрессивных государств, прежде всего Англии, Франции, США, а последние пятятся назад и отступают, давая агрессорам уступку за уступкой. […]

Буржуазные политики, конечно, знают, что Первая мировая империалистическая война дала победу революции в одной из самых больших стран. Они боятся, что Вторая мировая империалистическая война может повести также к победе революции в одной или в нескольких странах». [7]. И.В. Сталин. «Отчетный доклад на XVIII съезде партии о работе ЦК ВКП(б)».