мостиком. Неподвижный визуальный ориентир.
– На всю длину его не хватит, – заметил Джек.
– Хватит почти на всю.
Я бросила взгляд на ковер, висевший на дальней стене. Художник налепил кучу полосок
цветного скотча на старинный персидский ковер и расплавил их.
– Так нельзя, – запротестовала я. – Его отобрали для аукциона.
– Это ковер, – ответил Джо. – Он должен лежать на полу.
– Ковром он был раньше, а теперь – произведение искусства.
– Я раздумывала над тем, чтобы его купить, – вставила Элла. – «Выбор материалов
символизирует слияние прошлого с будущим».
Джек наградил жену широкой улыбкой:
– Элла, ты тут единственная, кто прочел каталог. Если хочешь знать, я тоже могу обмотать
ковер скотчем и он будет выглядеть точь-в-точь как этот.
– Да, но тогда за него никто не даст и гроша.
– Почему это? – возмущенно прищурился Джек.
Пальцы Эллы игриво пробежали вверх по лацкану его смокинга.
– Потому что, Джек Тревис, ты лишен души художника.
Склонившись над женой – теперь они почти соприкасались носами, – тот соблазнительно
промурлыкал:
– Хорошо, что ты вышла за меня только ради моего тела.
На лице Джо отразилось раздражение.
– Прекратите, вы оба. Джек, принеси этот чертов ковер.
– Подождите, – в отчаянии воскликнула я. – Дайте мне еще раз попробовать. Пожалуйста!
– Думаешь, у тебя получится? – Джо даже не пытался скрыть свои сомнения.
Сейчас, когда пульс вернулся в норму, я чувствовала себя увереннее.
– Думаю, что если не стану смотреть вниз, то все будет в порядке.
Джо смерил меня оценивающим взглядом.
– Сними туфли.
Краска прилила к моему лицу. Держась за него, я выскользнула из шпилек.
– Я их принесу, – сказал Джек, подбирая мои туфли и клатч.