скорпион еще более грозно выставил ядовитое жало, защищая свою территорию. Вытащив
лак для волос, я рискнула осторожно двинуться вперед, не забывая о
предусмотрительности.
Не сработает, – услышала я чей-то насмешливый низкий голос. – Если только не хотите
придать ему бòльшего объема и блеска.
Вздрогнув от неожиданности, я взглянула на возникшего рядом со мной рослого
темноволосого мужчину, облаченного в джинсы, ботинки и футболку, застиранную почти
до дыр.
– Давайте я с ним управлюсь? – предложил он.
Я отступила на пару шагов, сунула лак обратно в сумку.
– Я… я думала, лак забьет ему легкие.
– Не выйдет. Скорпионы могут почти неделю не дышать.
– Правда?
– Да, мэм.
И с хрустом раздавил тварь башмаком, напоследок повертев каблуком. Техасцы очень
тщательно давят и скорпионов, и брошенные окурки. Пнув раздавленный остов под
ближайший цветущий куст, незнакомец повернулся ко мне и окинул долгим внимательным
взглядом. И от этой чисто мужской оценки пульс у меня снова пустился в бешеную скачку.
Я поймала себя на том, что таращусь в глаза цвета темной патоки. Изумительный
мужчина, с твердыми чертами, крепким подбородком и сильным профилем. А щетиной
можно было содрать краску с машины. Крупного сложения, стройный, а мускулы на руках
и груди выделялись, как обтесанный гранит под почти истлевшей тканью футболки. С
виду мужчина дурной репутации, может, даже малость опасный.
Такой, от которого перехватывает дух.
Башмаки и потертые джинсы покрывала грязь, уже успевшая высохнуть и превратиться в
пыль. Должно быть, он гулял вдоль ручья, пересекавшего четыре тысячи акров ранчо
«Звездная пыль». Судя по одежде, незнакомец не принадлежал к числу приглашенных на
свадьбу гостей, большинство которых владели немыслимыми состояниями.
Когда он глазел на меня, я совершенно точно знала, что он видит: девушку в теле лет
двадцати семи с рыжими волосами и в очках в большой оправе. В простой, просторной и