исчисляемого одной цифрой. София часто уговаривала меня покупать более облегающую
одежду, но я всегда отнекивалась, что сделаю это позже, когда обрету правильный размер.
– У тебя сейчас правильный размер, – возражала София.
Я понимала, что не стоит позволять напольным весам вставать между мной и счастьем.
Иногда побеждала я, но чаще весы.
– Бабушка всегда говорит: «Sólo las ollas saben los hervores de su caldo».
– Что-то о супе? – догадалась я.
Когда бы София ни цитировала мудрые высказывания своей бабушки, они всегда
оказывались на тему еды.
– Только горшки знают, как кипят их бульоны, – перевела София. – Может, Джо Тревис из
тех мужчин, что любят женщин с настоящей фигурой. Мужчины, с которыми я была
знакома в Сан-Антонио, сходили с ума по женщинам с большой pompis. – Она
многозначительно похлопала себя по заду и возвратилась к ноутбуку.
– Что ты делаешь? – спросила я.
– Гуглю его.
– Прямо сейчас?
– Да минуты хватит.
– У тебя и минуты нет – тебе надо работать!
Игнорируя меня, София двумя пальцами отстукивала на клавиатуре.
– Мне все равно, что ты там найдешь, – заявила я. – Потому что так уж вышло, что я
занята делом, которое мы втиснули в расписание… Что же это такое?.. Ах да, какая-то
свадьба.
– А он сексуальный, – сказала София, уставившись в монитор. – Как и его брат.
Она кликнула ссылку на статью в «Хьюстон Кроникл», в начале которой поместили
фотографию троих мужчин, одетых в отлично пошитые смокинги. Одним из них был Джо,
куда моложе и худее, чем теперь. Он нарастил по меньшей мере фунтов тридцать мышц со
времен фото. Подпись под снимком гласила, что двое других мужчин – его брат Джек и
отец. Братья были на голову выше отца, но унаследовали его темные волосы, глаза и
четкие линии подбородка.
Я хмурилась, читая статью.