– Где в это время были ваши родители?
Джо пожал плечами.
– В основном мы были предоставлены сами себе. Мама либо занималась то одним
благотворительным фондом, то другим, либо встречалась с друзьями. Папа обычно
отсутствовал: выступал на телевидении или был за границей.
– Вам, наверное, пришлось непросто.
– Проблема была не в отсутствии отца, а в его попытках наверстать упущенное время. Он
боялся, что нас воспитывают слабохарактерными. – Джо махнул рукой, в которой была
сумка с клюшками. – Видишь вон ту подпорную стенку? Однажды летом отец заказал
грузовик с тремя тоннами камней и велел нам построить стену. Он хотел, чтобы мы
поняли цену тяжелого труда.
При виде сложенной без строительного раствора стены, высотой около метра, а длиной
более шести метров (по краям она сходила на нет), я заморгала.
– Лишь вы втроем?
Джо кивнул.
– Мы разрезали камни резаками, ломали кувалдами и складывали их друг на друга, и все
это в тридцать семь градусов жары.
– Сколько лет тебе было?
– Десять.
– Поверить не могу, что ваша мама это позволила.
– Она не была в восторге. Но когда отец что-либо решал, его невозможно было
переубедить. Мне кажется, что когда он задумался об этом, то пожалел, что изобрел такое
тяжелое задание. Но он не мог отступить. По его мнению, передумать равнялось проявить
слабость.
Разложив клюшки, Джо пересыпал мячи для гольфа в крашеный деревянный ящик.
Щурясь на солнце, посмотрел на стенку.
– У нас троих ушло на это месяц. Но когда мы достроили чертову стену, то знали, что
можем положиться друг на друга. Мы вместе прошли сквозь ад и выжили. С тех пор ни
одной драки между нами, что бы там ни было. И если отец нападал на кого-то из нас,
другие всегда вставали на его сторону.