Я буквально онемел от удивления, а затем безудержно засмеялся. Сказанное миражом было не таким уж и смешным, но я так давно не отпускал ситуацию, не делал чего-то просто так, не особо анализируя свои действия — может, что и никогда. И с ним это неожиданно стало возможным.
«Он скорее напоминает мне Блейза», — продолжил я, отсмеявшись. — «Ублюдок, зато свой».
Я никогда не скажу этого вслух, но я скучал по некоторым из своих бывших однокурсников, и Забини был первым в этом списке.
«Он тебе и правда нравится,» — с удивлением протянули мне в ответ. — «Неужели неприступный Драко Малфой нашёл себе друга под стать?»
«Он не нравится Гарри», — с грустным вздохом ответил я на это.
«И что? С каких это пор ты выбираешь друзей по рекомендациям Гарри Поттера?»
«Но ведь он прав: у Алана свой расчёт, и он продаст меня с потрохами при первой удачной возможности».
«Скажи мне вот что. Когда этот Алан приходил к тебе в палату в Мунго, как ты рассказывал, и пытался объяснить, как всё устроено в этом новом для тебя мире, мог ли он знать наверняка, что его вклад окупится?»
«Нет, наверное, нет».
«Тебя делает счастливым то, что у тебя есть возможность общения с ним?»
Я вспомнил театральные жесты, лисий блеск глаз и схожее прошлое.
«Определенно».
«Тогда это всё, что тебе нужно знать. Никогда не думал, что такие самоуверенные задницы, как ты, могут быть так трогательно нерешительны».
Я думал было возмутиться его словам, но заметив, как он с любопытством меня изучает, промолчал. Под его внимательным взглядом я чувствовал себя неловко. Чуть ли не краснея, и сам злясь на себя за столь иррациональное поведение, я посмотрел на него, стремясь сделать это с вызовом.
Мираж, казалось, только этого и ждал — он ласково щелкнул меня по носу.
Не думаю, что кто-либо делал так раньше.
Не уверен, что когда-либо на меня в ответ смотрели с такой открытостью.
У меня перехватило дыхание и чуть кружилась голова от ощущения полёта, что он мне дарил.
Я даже придумал ему имя.
Влюбленность.
На утро я пытался себя убедить, что это обычный психологический перенос, не больше и не меньше. Они ведь чуть ли не один и тот же человек.
…если бы я ещё в это и поверил.
13 декабря 1999 года
Неделю пытаюсь себя убедить в том, что лишь то, что Алан чего-то там мне наговорил, а Поттер реагирует как-то не так, как мне представлялось в фантазиях, не должно влиять на мои чувства, особенно к тому, кого и в помине не существует.
Тем временем Поттер наяву и мираж в равной мере прочувствовали на себе, каким бывает отстраненный Драко Малфой, не желающий выдавать своих переживаний.
Будем надеяться, что они не превратятся в скульптуры изо льда к моменту, когда я в себе разберусь.
19 декабря 1999 года
Сдержанность Героя вскоре дала трещину, и он попытался вызвать меня на разговор о происходящем.
«Драко, я знаю, что тебе нелегко приходится, что столько всего на тебя навалилось одномоментно, но из-за твоего поведения мне тяжело понять, делаю ли я что-то не так или же ты не в духе».
Лучшая защита — это нападение, а к разговорам «начистоту» я уж точно ещё готов не был.