— Я!
— Да вы.
— А что, мне не впервой.
— А что скажет на этот счет Виктория?
— Она моя жена, и она поймет, что если надо, значит надо лететь. И потом, возможно это поможет нам поскорее вернуть сына обратно, — и, сделав паузу, я добавил, — а вам Хлою.
— Спасибо, — ответил Фейнхотен, и, пожав мне руку, направился к себе.
Глава 5
— Нет, нет и нет, — решительно заявила Вика, когда я сообщил ей, что через час улетаю на базу Гоэмта и возможно приму участие в эксперименте на машине времени.
— Ты же обещал мне, что больше никогда не будешь подвергать меня таким переживаниям. Неужели тебе мало того, что мы перенесли за это время?
— А разве ты не хочешь снова увидеть сына и как можно скорее? — сказал я, положив руки ей на плечи.
— Хочу, но я боюсь,… боюсь остаться одна. А вдруг с тобой, что-то случится?
— Вика, дорогая. Случиться, может в любое время, сейчас, завтра. Если суждено, значит так надо. Но если я смогу хоть чем-то помочь, разве от этого можно отказаться, и потом, мы полетим на корабле, а не в потоке как прошлый раз. Это совсем другое дело.
— Ты меня просто успокаиваешь.
— Не без этого. Но, тем не менее, все на самом деле не так страшно, как тебе представляется. Мы просто хотим посмотреть, что произошло, и возможно мы сможем понять какова природа этих кораблей, а, следовательно, найти способ борьбы с ними. Если мы выясним это, то Галактиане, возможно сами покинут нашу Галактику, а если нет, то мы обязательно найдем способ, как их победить. Неужели ты этого не хочешь?
— Конечно же, хочу, но я не желаю потерять тебя.
— Викуша, значит так надо, понимаешь, надо. Фейнхотен очень на меня рассчитывает, и я не могу ему отказать. Сама подумай, что я ему скажу, что мне страшно, что жена не пускает, и что вообще, это не мое дело, мы, мол, даже не члены Звездной Федерации, — тихо произнес я.
— Понимаю, все понимаю, Сережа — так же тихо ответила она, — но я так боюсь за тебя.
Я обнял её и чувствовал, как из её глаз текут слезы и медленно стекают мне на грудь.
Мы стояли перед тамбуром, который вел к посадочному терминалу, где находился наш корабль, на котором мы должны были лететь на Гоэмту. Нас было четверо, Фейнхотен, Унторг, я и Виктория, которая провожала нас и держала за руку. Вскоре подошли Друминган и его коллеги.
— Все, будем прощаться, — сказал я.
Мы обменялись с Викой прощальными взглядами, и Фейнхотен вдруг сказал:
— Виктория, я обещаю, что ваш муж вернется в целости и невредимости.
— Спасибо, — сказала она и добавила, — удачи вам всем.
Мы вошли в тамбур, и дверь за нами закрылась. Вика осталась за дверью, и я словно сквозь неё видел, как она продолжает махать мне рукой, а потом сжимает руку в кулаке и, закрыв глаза, молится за нашу удачу.
Когда мы поднялись на корабль, молчаливый и казалось, безучастный ко всему происходящему Гройдеван, уже сидел в своем командирском кресле и проверял параметры входа и выхода корабля по маршруту перехода от станции к базе Гоэмта, которая находилась почти на другом конце Галактики.
— Далеко летим, керосина хватит? — в шутку спросил я Гройдевана, усаживаясь в кресло и застегивая на себе ремни.
— Не понял вопроса, — пробурчал он.
— Это я так в шутку. У нас на Земле довольно примитивная техника для передвижения, особенно для полетов в космос. В качестве топлива применяют керосин. Поэтому когда куда-то едут или летят, часто спрашивают у водителя, хватит ли у него топлива, — пояснил я.
— Понятно, — снова пробурчал он, — должно хватить. А лететь действительно далеко, так что болтанка в переходе будет приличная и почти на пределе во времени.
— А что, время перехода зависит от расстояния от звезды до звезды?