— Это верно.
Он вынул из машинки лист бумаги и положил его перед собой. Потом внимательно прочел и сказал:
— Как говорится, вернемся к нашим «баранам», точнее, причинам вашего исчезновения и как следствие этого, заявления от вашей дочери, что повлекло за собой объявления вас и вашей жены, как пропавших безвести. Я правильно выразился?
— Совершенно верно.
— А раз так, и памятуя ваши высказывания на сей счет, то я вот тут к вашему приходу приготовил бумажку, чтобы особо вас не задерживать, — он протянул мне лист бумаги, который он перед этим напечатал, и добавил, — извольте ознакомиться, и если согласны с написанным, расписаться.
Я взял бумагу и прочитал:
— Лунин Сергей Николаевич, — далее шли мои паспортные данные, место прописки и прочие формальные данные, — женатый на Луниной Виктории Александровне, — после чего указывались её паспортные данные, — в течение такого-то срока, отсутствовали в Москве и находились в отъезде. Причины личного характера привели к тому, что никто из родных, в частности дочь от первого брака — Лунина Дарья Сергеевна, не была поставлена в известность об отъезде, что вынудило её написать заявление об исчезновении отца.
В ходе следственных мероприятий по розыску пропавших, место их пребывания не было установлено, что послужило причиной считать Лунина С. Н. пропавшим безвести и разрешить его дочери Луниной Д. С. вступить в права наследства согласно законов РФ.
На основании выше изложенного, Лунин С. Н., объявившийся в г. Москве вместе со своей женой Луниной В. А., по истечении указанного выше срока и не предъявивший в органы милиции справок или иных документов, которые являлись бы вещественным доказательством невозможности сообщить своё местонахождения за указанный период времени не вправе предъявлять претензии на потерю имущества в пользу Луниной Д. С.
Далее шла подпись Селезнева.
— И что мне надо с этим сделать?
— Если вы согласны с текстом, расписаться и написать, что ознакомлены, возражений не имеете.
— И на этом конфликт исчерпан?
— Конечно.
Я написал под диктовку всё что необходимо и расписался. Передавая подписанную бумагу участковому, я не удержался и сказал:
— Вы довольны?
Посмотрев мне в глаза, он ответил:
— В том, что вы поступите именно так, я не сомневался, но то, что вы все это придумали, уверен.
— Что именно?
— По поводу того, что написано вот здесь, — и он показал на подписанный мной документ.
— Интересно, а что я должен был написать, точнее, что вы могли написать?
— Вот именно, что я мог написать. Потому и молчу, потому что для меня вот это самый простой выход, поэтому я до сих пор и хожу в старших лейтенантах.
Я посмотрел на него, явно не понимая, что он хотел сказать этой фразой.
— Извините, но я вас не понимаю?
— Всё-то вы понимаете. Знаете, — он посмотрел на часы, — мой рабочий день закончился. Вы сейчас домой?
— Да.
— Могу проводить до пол пути, заодно и поговорим в неформальной обстановке.
Озадаченный я вышел и подождал участкового на улице, пока он закрывал и опечатывал кабинет.
— Я ведь долгое время служил в Армии, и знаете, чем занимался? — сказал он, держа под мышкой папку с документами.
— Чем?