— Я! Так ведь ты читаешь мои мысли.
— А ты мои. Значит все правильно.
— Как здорово, что мы снова вместе.
— Ты хоть знал, что я жива, а я ведь тебя похоронила. Ты даже не представляешь, какие чувства сейчас во мне, — она обняла Михаила, прижалась к нему, словно боялась снова потерять.
— Все будет хорошо. Теперь я точно верю. Может, трудности какие-то и будут, но это все ерунда, прорвемся. Правда?
— Конечно.
Утром после завтрака позвонил Сомов. Сообщил, что нужно встретиться. Судя по телефонному разговору, явно нервничал и чего-то опасался, потому что Михаил, как ни старался, так и не смог понять, где и во сколько он предлагает встретиться. Последняя фраза окончательно убедила Михаила, что полковник явно чего-то опасается:
— Берегите себя, и будьте все время начеку. Я перезвоню.
Михаил положил трубку. Анна, держа в руках чашку с чаем, спросила:
— Сомов?
— Да. Не понимаю, то ли он перестраховывается, то ли все действительно настолько серьезно, что нам следует прислушаться к его совету и быть начеку.
— После того, что я пережила, думаю, что лучше последовать его совету.
— Да, но жить постоянно в страхе, невозможно. Надо что-то решать, иначе, в один прекрасный момент, мы просто спятим.
— Он предложил встретиться?
— Да, но я так и не понял где. Сказал, что перезвонит.
— В таком случае, дождемся его звонка, встретимся и тогда решим, как быть. Во всяком случае, мы всегда можем телепортироваться в Самару. Квартиру я сняла на три месяца.
— А как ты объяснишь мое появление?
— Очень просто. Я ведь сказала, что с мужем поругалась. Ты разыскал меня. По-моему все достаточно просто. И вообще, могла же я в порыве безутешного горя от разлуки с мужем, найти себе ухажера?
— Чего-чего?
— Это как пример что ты, в самом деле.
— Да ладно тебе, я же в шутку сказал, а вообще-то с тобой трудно не согласиться. Вот только одно меня беспокоит. Хорошо, допустим, мы уедем на время в Самару. Скроемся подальше от тех, кто за нами гоняется. А как долго мы сможем там прожить? Снимем деньги с книжки, их там, около ста десяти тысяч рублей.
— У меня почти две тысячи евро, которые я у тебя взяла.
— Этих денег нам хватит максимум на год, может полтора. Сидеть без дела ни ты, ни я не привыкли. Устроиться на работу в такой глуши, вряд ли просто, да и засветиться достаточно легко.
— Почему ты считаешь, что, устроившись на работу, мы засветимся?
— Как почему? Сейчас всё проходит по компьютерным базам. Любое трудоустройство на работу, где-нибудь да высветит нас. А если судить, что они полковника ФСБ России, моментально отправили в отставку, то у них очень разветвленная сеть и огромные возможности. Кроме того, допускаю, что они сейчас приложат все усилия в поисках тебя. Разошлют фотографии, задействуют все службы и под видом поиска без вести пропавших или уголовников, начнут рыскать по всей стране.
— Так что же нам делать?
— Согласен с тобой, дождемся звонка Сомова, встретимся с ним, а там решим, что делать дальше, — Михаил говорил, а сам о чем-то размышлял. Это не ускользнуло от Анны, и она удивленно произнесла:
— Ты это серьезно?
— Нет. Пока это лишь мысли. И вообще, не подслушивай, о чем я думаю.
— Я не нарочно.