— Ничего, все нормально, — произнесла она, пряча от Михаила заплаканное лицо.
— Конечно, ничего, а слезы почему?
Он нежно провел пальцем по её щеке.
— Лук резала.
— Аннушка, какой лук? Ты что забыла, что я твои мысли читаю, как свои собственные.
— Да, волновалась за тебя. А ты бы не волновался?
— Так ведь обошлось. И норфонианцы вовремя подоспели, корабль свой забрали. Зато представляешь, я и на парашюте прыгнул, и в Арктике побывал, и на подводной лодке. Короче впечатлений, море.
— Море, скажи уж океан.
— Ну, океан, — он притянул её к себе и нежно поцеловал.
— Раздевайся, и пойдем к столу.
— Учти, у меня времени в обрез.
— Как в обрез?
— Так. Начинается работа по поиску четвертого члена экипажа сбитого корабля. Меня включили в состав группы поиска. Так что я в команде.
— Ты в команде!?
— Да.
— Сам напросился?
— На этот раз нет. Честное слово?
— А я думала, что все позади, и мы сможем, наконец, быть вместе и …
— Я тоже так думал. Только вряд ли эта спокойная жизнь так скоро наступит. И вообще, после всего, что с нами произошло, я даже не знаю, что с нами будет, и как обернется вся наша дальнейшая жизнь.
— Ты считаешь, что вечно будем своего рода «под колпаком», из-за наших способностей?
— А ты так не считаешь?
— Может быть, мы напрасно вернулись на Землю?
— Не знаю. Честно скажу, не знаю. Но и там жить было бы не сладко. Короче, поживем, увидим. Ты-то как?
— Нормально.
— Знаешь, теперь, когда столько всего произошло за эти несколько недель, я лишь одно твердо уяснил для себя, как мне не хватает тебя. Лежу на койке в подводной лодке, мысли витают, и постоянно возвращаются к одному и тому же. Как ты там?
Анна посмотрела влюбленными глазами на Михаила и, прижавшись к нему, тихо произнесла:
— Вот и я так же. Лежу, а уснуть не могу. Где ты, что с тобой, веришь?
— Верю.
Они обнялись и стали целовать друга. Михаил понимал, что Анна, самый дорогой и близкий ему человек, которого он любит всем сердцем, и от этого было так радостно и легко, что будущее рисовалось счастливым и радостным, несмотря ни что.
Глава 4