— Кореллия — там, — ледяным тоном объявил он, указывая назад.
Хан пожал плечами.
— Нужно было сделать остановку и купить еды. Правда, дети?
— Да! — пропищал малыш Тим. — Мы были голодные! Капитан Соло нас спас!
— Капитан Соло рисковал ради нас своей жизнью, — добавила Кати, отбросив назад длинную косу. — Он — герой.
— Он спас нас, — вставил Аэрон. — Мы чуть не взорвались.
Маленький Крисс подошел и, взяв Хана за руку, запрокинул голову на имперского капитана.
— Капитан Соло — лучший пилот во всей Галактике. Он уделает любое имперское коры...
Хану удаюсь вовремя закрыть парнишке рот ладонью.
— Кхм, — усмехнулся он. — Ох уж эти дети! Говорят, что в голову взбредет. Вы ведь семейный человек, капитан?
Капукот даже не подумал улыбнуться. Наконец досмотрщики вернулись, весьма раздосадованные.
— Сэр, мы ничего не нашли, — доложил один из них. -- Мы провели тщательный поиск, капитан.
Тайберт Капукот покраснел. Он постоял, подбирая слова, йотом наткнулся на пристальный взгляд Хана.
— Прекрасно, — объявил он. — Наш отважный герой капитан Соло утверждает, что вез этих детей на Кореллию. Такой благородный поступок заслуживает имперского конвоя. Следуйте на Кореллию, капитан. Мы сопроводим вас туда.
Хан открыл было рот, но передумал говорить и с усилием кивнул.
— Конечно. Идемте.
Путь до родины отнял у него большую часть дня. Хан бесился из-за того, что не может забрать спайс. Он знал, что, если с ним что-то случится, Джабба с пего три шкуры спустит. Бизнес есть бизнес, и милосердие хаттам неведомо...
Добравшись до Кореллии, он выяснил, что имперцы уже растрезвонили о его прибытии и их поджидала толпа репортеров. Хана и Чубакку осыпали поздравлениями, прославляя как героев, и только то обстоятельство, что Хан уже однажды получил «Кореллианские кровавые полосы», удержало благодарное правительство от награждения его еще одними.
Хан был в панике, ему хотелось вернуться в Бездну к выброшенному грузу. Наконец ему удалось распрощаться с детьми, которые, как он вынужден был признать, оказались весьма милыми, и он отправился восвояси свободным гражданином.
Кореллианин, выжимая максимум скорости, понесся к Бездне — и тем координатам, по которым он сбросил груз чистого глиттерстима. Последующие четыре часа он провел в поисках, прочесывая внешний край астероидного поля и все больше и больше выходя из себя.
— Он должен быть здесь! — стонал он, обращаясь к Чуи.
Но груза не было.
Хан поискал еще два часа, подключив дополнительные системы датчиков в помощь тем, что были на кабине. Внезапно донесся рев Чубакки.
— Иду! — крикнул капитан, бросаясь в рубку. Напарник указывал на экраны датчиков, на которых светились две точки, быстро идущие на сближение. Хан сверил идентификаторы кораблей и крепко выругался, хлопнув рукой по лбу.
— Твою налево! Еще имперцы! Ну почему все мне?
Он плюхнулся в кресло пилота и развернул корабль, направляя его обратно в Бездну. Чубакка вопросительно заревел, желая знать, почему они удирают, если у них все равно пет запрещенного груза.
— Ты что, не понимаешь? — зарычал Хан, увеличивая скорость, пока астероиды вокруг них не начали расплываться. — Они нашли наш спайс и знают, что ищем мы! Ты ж сам видел, что Капукот нам не поверил... Его рук дело! Эти каракатицы арестуют нас по подозрению в контрабанде и конфискуют «Сокол Тысячелетия»! И мы никогда не сможем его вернуть!
Он сделал лихой вираж, уклоняясь о г астероида размером с имперский разрушитель.
— Кроме того, — добавил он, — я не хочу, чтобы они снова потрошили корабль при обыске. Мы только что прибрали бедлам, который учинили Капукот и его ребята.
Хан и Чуи помчали через Утробу обратно к Бездне. Позади шли два имперских таможенных крейсера, преследуя их с непреклонной решимостью.