Он пожал плечами.
— Следил я за вояжной, фрон, как вы велели, только… Когда она от вас вылетела, струхнул я, так у нее рожа была перекошена от злости. Ровно кошка бешеная шипела. Мне не по себе сделалось… — он в испуге сотворил защитный символ в воздухе. — Подумал еще, как бы она с вами чего не сделала. А когда она во дворец понеслась, понял я, что плохо дело. Фрон, уж вы поверьте мне, я бабскую натуру знаю! Как удумают гадость, так ни перед чем не остановятся! Тогда-то я и понял, что пора… Пора вас выручать из ее лап! А план у меня давно готов был, ну и ваша инквизиторша подсобила.
— Нишка? — удивился я. — Где она?
— Так тут, в замке. Все кодло церковное тут.
Я схватился за голову, вспомнив слова магистра об Ордене Пяти. Надо срочно встретиться с отцом Валуа!
— Погоди!.. А как же имперский гарнизон? Их же сюда направили, поэтому я и велел воеводе…
— Так папские гвардейцы раньше приперлись, — развел руками Велька и шмыгнул носом. — Кто успел, тот и съел. Чего ж такое делается, а, фрон? Сказывают, войне быть…
— Война, война… А как же Хриз? Почему ты бросил за ней следить?!?
— Фрон! Ну мне же вас выручать надобно было!
— Светлая вояжна исчезла! В неизвестном направлении! Это хуже любой войны! Где отец Валуа? Я хочу его видеть!
— Вам бы отлежаться и…
Не слушая уговоров Вельки, я поковылял к двери, столкнулся в коридоре с Лу, несущей мне ароматный куриный бульон, и оказался позорно возвращен в постель. Девушка заявила, чтобы я лежал, она сама приведет ко мне отца Валуа.
Круглое лицо церковника, кроткий взгляд через очки, абсолютная безмятежность… и такие страшные слова. Мне казалось, что я схожу с ума.
— Черная лихорадка?!?
— Увы, сын мой… Город обречен. Наш долг — остановить распространения заразы.
— Но как? Откуда она взялась? Может, вы ошиблись? Это невозможно!
— По нашим сведениям, первым заболел генерал Вальцкерт.
— Его отравили!
— Причиной его смерти действительно стал яд, — спокойно согласился отец Валуа. — Но генерал был болен. Ему просто повезло умереть раньше, чем его сожрала черная лихорадка. От силы за пару недель он бы сгорел. Сын мой, ну ты же сам видел его… Вспомни.
Я нахмурился, и в памяти всплыл тот страшный суд. Вот Хриз обвиняет генерала во лжи, вот хватает его за воротник мундира и дергает, обнажая шею… с мелкими язвочками… Его кожа… Темная, разрисованная проступившей сеточкой вен… Первый страшный признак болезни! Я зажмурился и застонал. Хриз прикасалась к больному!
— Нет!..
— Теперь ты понимаешь? Медлить нельзя. Пока случаи заболеваний единичны, пока не началась паника, нам нужно выкурить из города Шестую…
Я потрясенно уставился на церковника. Перед мысленным взором встали лица всех тех, кто остался в Виндене: Лешуа, Милагрос, ее дочь с женихом, воевода и его беспокойное семейство… и Хриз…
— Выкурить? Надо спасать людей! Надо что-то делать! Нельзя вот так просто сидеть и смотреть, пока они там умирают! Хотя бы изолировать больных, чтобы уменьшить заражение!..
Отец Валуа покачал головой и поправил очки.
— Это отступники…
— Что?!? — взорвался я. — Там живут обычные люди! Женщины, дети, старики! Никакие они не отступники! Откуда там вообще взялась эта зараза? Или?..
От страшного подозрения перехватило горло.
— Или это Орден?.. Это вы… принесли заразу? Орден специально заразил город?
Церковник вздохнул и смиренно сложил руки на коленях, укоризненно глядя на меня.