И лишь оказавшись голой грудью на столе, видя перед собой мелкие аккуратные строчки рукописного текста, чувствуя, как в него медленно входит член, Уилл, наконец, поверил, что события вчерашней ночи ему не приснились. Пальцы Деймона крепко сжимали ягодицы, буквально нанизывая партнера на член, иногда они подбирались к, и без того натруженому входу, и надавливали на него, заставляя стенки растягиваться еще больше. Эти ощущения сводили с ума, власть, которую он так легкомысленно отдал другому, оставила после себя блаженную пустоту, а легкие, скорее, разогревающие шлепки на ягодицах становились небольшими крючками реальности, в которой необходимо было удерживаться, чтобы не сорваться в небытие сразу.
— Ты такой узкий, будто я не брал тебя всю вчерашнюю ночь.
Деймон заставил любовника выпрямиться, уложил его колено на стол, выгибая и раскрывая его для себя еще больше, он шептал парню на ухо пошлости и брал его глубоко и жестко, оставляя укусы на плечах — там, где их точно скроет рубашка.
— Да, пожалуйста, еще.
Уиллу казалось, что прошла целая вечность, а может быть, всего несколько секунд с тех пор, как они оказались в этой открытой, откровенной позе, но оргазм подступал с такой скоростью и силой, что Грейсон мог только скулить.
— Давай, детка, кончи для меня, хочу, чтобы ты сжал меня внутри, хочу почувствовать, как тебе хорошо на моем члене.
Ди завел руку вперед, обхватывая член любовника и проводя по нему рукой, больше всего желая сейчас увидеть, как он кончает. И Уилл не заставил себя долго ждать — он содрогнулся и откинул голову на плечо партнера, тяжело дыша и продолжая высоко поскуливать, а потом сорвался в оргазм, от которого подкосились колени. Уилсон постарался собрать всю сперму в руке и поднес ее к лицу Уилла.
— Слижи, будь хорошим мальчиком, а я поцелую тебя — хочу чувствовать твой вкус.
Уилл почти захныкал от того, что начинал снова заводиться от одних слов, но послушался и ответил на глубокий, требовательный поцелуй. Внутри него продолжал размеренно двигаться горячий, твердый член, явно намекая, что таким коротким раундом Уилл не отделается.
— Я не заводился сразу после оргазма уже лет десять, что же ты делаешь со мной?
— По-моему все очевидно, я тебя трахаю, дорогой.
— Значит до тебя это делали неправильно.
Уилл усмехнулся, заводя руки за голову и обхватывая Ди за шею, чтобы снова увлечь его в поцелуй, а бедрами подался назад, насаживаясь на него еще глубже, буквально выпрашивая более настойчивых движений. И Уилсон последовал молчаливой просьбе, прижимая любовника к себе крепче и двигаясь в нем быстро и настойчиво, выбивая из него рваные выдохи.
Их не хватило надолго, слишком сильно и долго они хотели друг друга, поэтому теперь удерживаться от совместных оргазмов стало почти невозможно. Они кончили почти синхронно, оставаясь в объятиях друг друга еще на несколько минут и самозабвенно целуясь.
— Думаю, всем и так понятно, чем мы тут занимались. Будь готов, завтра будет внеплановое собрание по выбору нового партнера и тогда наши отношения перестанут нарушать устав фирмы.
— Ты так уверен, что выберут меня?
— Я видел предварительные результаты, так что абсолютно да.
Уилл довольно прищурился, чувствуя, как сперма стекает по бедру и сглотнул, дотягиваясь до салфеток, чтобы привести себя в порядок.
— Я бы хотел, чтобы частица тебя осталась во мне, может, в следующий раз вставишь мне пробочку, чтобы к вечеру я был перевозбужден и смазан твоей спермой? Чтобы ты мог взять меня еще на парковке в машине?
— Господи, на что я подписался.
Деймон не смог сдержать счастливой улыбки и повел плечами, приводя костюм в относительный порядок.
— Я подумаю над твоим предложением.
***
«Привет, я хотел извиниться, что мы тебя выгнали и что не написал сразу, мне нужно было подумать», — Ал отправил это сообщение и намотал по офису столько кругов, что, будь у него трекер шагов, тот бы обязательно сообщил, что так много ходить — это уже слишком.
«Я хочу, чтобы ты оставил на мне свою метку в следующий раз», — это сообщение было результатом десятиминутного ожидания ответа. Он знал, что рискует, знал, что будет больно, если они с Ди ошиблись, но сегодня Алексу так хотелось надеяться.
«Могу я приехать сегодня? Может нам стоит поговорить?» — Это Алекс написал уже будучи в отчаянии, когда ответа не получил даже спустя несколько часов. Раньше он бы не обратил на это особого внимания — он имел в голове установку о том, что их отношения с Тейтом временны, и не содержат в себе ничего, кроме секса. Но теперь, после того, как Ди убедил его в том, что у Тейта есть чувства, причем достаточно глубокие, не обращать внимание на холодность стало невозможно.
«Я могу заехать за тобой после работы, поужинаем, поговорим», — ответ пришел после обеда, и только тогда Алекс смог спокойней дышать. Хотелось написать, что он соскучился, спросить, что случилось, узнать, а хочет ли Тейт сам приехать, но устраивать атаку сообщениями не было никакого желания, он не хотел показаться слишком навязчивым или испуганным, тем более, он уже успел обсудить с Деймоном эту ситуацию, и тот сказал ждать и не бомбить телефон, скорее всего, заработавшегося Тейта.
«Хорошо, в половине седьмого я буду ждать тебя у входа»
Последнее сообщение далось с трудом, так как в голове было столько мыслей, что впору было бы открыть потрепанную тетрадку и написать в ней все, начав с «Дорогой дневник». Но Алекс гордился собой, он сумел сдержаться и не отправить еще десяток вопросов любимому мужчине. Однако работать оставшиеся несколько часов было крайне сложно — он сомневался в себе, сомневался в том, что все понял правильно, думал о самых разных вариантах развития событий. Он вспоминал, как Тейт вернулся и заговорил о чувствах, предлагал отношения, то, как сам реагировал холодно и отстраненно, как устанавливал правила и ограничивал, как заставлял себя осаждать мужчину каждый раз, как он проявлял свою чувственность, но весь страх отступил только тогда, когда он увидел широко улыбающегося Тейта за рулем его авто.
— Привет, хочешь закажем еду домой?