— Ты, товарищ старшина, скажи лучше, кого застал в этом доме?
— А кого, например, я должен застать? — последовал вопрос.
— Может, старуху мою, такую полную, интересную женщину. Или внучку Нифу. Сын-то мой на фронте…
Старшина еще раз взглянул в лицо Габати.
— Верно, вроде не брешешь. Была тут полная хозяйка, и девочка тоже.
— Живы?..
— Живы, старик. Все ушли в Суаргомское ущелье. Организованно ушли.
— Ай, спасибо, сынок!.. Дай я тебя поцелую!..
— Ну, ну, — отстранился старшина и повел Тахохова на командный пункт полковника Ворожищева.
— Так кто же вы?
— Гвардии рядовой Габати Тахохов.
— Это все?..
— О! Вспомнил! — Габати прошептал на ухо полковнику — Я ваш «почетный гость». Генерал Рослый сказал, чтобы вы по радио так и называли меня. Он говорил еще, чтобы вы поймали по воздуху «Линкор». Это станция полковника Кудинова и капитан-лейтенанта Бета, моего комбата. Генерал сказал, что лично ваш «Тральщик» молчит…
Ворожищев грузно поднялся. Крупные черты лица обострились. Давали себя знать бессонные ночи и предельная человеческая усталость. Колючий взгляд смягчился.
— Одна наша маленькая рация уже нащупала ваш «Линкор». Мою станцию разбило бомбой, а РБ почему-то не берет… Только со своими говорю… Ну, докладывай о главном, «почетный гость».
— Генерал просит вас никуда не уходить, держаться до полуночи. В Суаргом фашиста не пускать. Ночью Бета придет. С «катюшами» придет. И еще придут, с другого конца. Ну вот, дорогой полковник, все. Только до полуночи держись…
Ворожищев обнял старого воина. Сильные руки полковника дрожали от волнения.
— Чем же тебя угостить, отец? Садись, что-нибудь придумаем.
— Тут и думать нечего! — воскликнул Тахохов. — В Майрамадаге я не гость. Вы — гости. Отпустите меня, дорогой полковник, в тот дом, где сидит старшина. Клянусь, такое угощение будет, какого сам нарт Сослан не ел.
В пустынном огороде, за жухлыми стеблями кукурузы Тахохов показывал морякам тайник.
— Слева — картошка, справа — мука… Тут вот бочонок с салом, в углу — копченое мясо. Все цело. Хорошо, что бомба не попала. Действуй, старшина! Берите лопаты, хлопцы. Вот они, под соломой лежат….
Габати выбрался из подвала и решил вздремнуть часок.
— Пойду проштудирую морской устав: «Сон и его охранение», — пошутил он. — Как тебя зовут, старшина?
— Андроник Сафаров. Иди, отец, на мою лежанку. Мы тут справимся.
Сафаров подгонял бойцов скорей приготовить обед. Три дня курсанты жили на одних мерзлых сухарях. Для комбрига, правда, отыскали маленькую банку трофейных консервов, но он отказался: буду, говорит, есть то, что едят мои солдаты…
Батальонная кухня находилась в пустом дощатом сарае. Два котла на колесах давно уже мерзли здесь… Теперь котлы ожили, задымились.
Габати сквозь сон учуял ароматный запах кухни. Крякнул, поднялся. Сколько проспал — неизвестно.
— Андроник! Какое сегодня число?
— Шестое ноября, отец…
— А я думал, уже седьмое — праздник. Обед готов? У меня, дорогой Андроник, есть еще один тайничок — особый…