Осторожно убрал голову на подушку, и медленно-медленно стал вытаскивать из-под неё ногу. Так, вроде удалось.
Быстро встал с кровати и кинул на спящую невесту взгляд. Уж не знаю, как называлась эта штуковина, которая сейчас была на ней надета, но она ни черта не прикрывала! Вот сейчас, я точно первым в душ пойду!
Когда будем жить вместе, поставлю условие, чтобы подобные шмотки не носила. Пусть в своих балахонах ходит.
— Чёрт. Как же она их называла?! — уже стоя под душем, задал я вопрос пространству.
Проснулась я от того, что мне было жарко.
И тесно.
Я пошевелилась. Кто-то рядом издал непонятный звук.
Сон как рукой сняло. Я распахнула глаза.
Картина, что предстала передо мной, было просто «прелестная». Мы с моим липовым женихом лежали совсем не липово. Макс прекрасно устроился у меня на груди, оставив свою подушку, где-то за спиной. Я тоже не отличалась скромностью, моя нога по-хозяйски лежала на парне.
Блин! Надо как-то отползти.
Моя попытка провалилась. Макс стал просыпаться. А, была, не была! Притворюсь спящей!
Когда я вышел из душа, Юлька уже проснулась, переоделась и расчесывала волосы.
— Как спала? — закинул я пробный шар.
— Как убитая, — получил я ответ.
Вот и ладненько. Вот и хорошо.
— Готова к новой фазе нашего плана? — крикнул я ей в спальню, когда застёгивал рубашку.
Через несколько секунд тишины в дверях появилась Юлька.
— Знаешь, — задумчиво произнесла она. — Мне кажется, что я стала получать удовольствие от всего этого, — призналась она мне.
Моя девочка! Мысленно похвалил я её и улыбнулся.
— Готова? — спросил меня Макс, когда мы стояли перед дверью в мою квартиру.
— Послушай… давай я одна домой пойду, — стала давать я задний ход. Нет, всё-таки родителей обманывать труднее всего! — Мне одной сейчас будет легче всё провернуть. Просто юркну в свою комнату, а они сами пусть додумывают…
— Нет уж, и кем тогда я буду в глазах твоих родителей? — с излишней бодростью заявил мне мой спутник. — Теперь, я как порядочный человек, просто обязан жениться на тебе, — с еле скрываемой улыбкой продолжил он. — Я самолично проведу тебя по «тропе позора», и возьму весь удар на себя, — в конце речи Макс уже даже и не думал скрывать непонятную мне радость.
— Максим, а чего ты так веселишься? — не выдержала я.
— Потому что весело, — пожал он плечами и улыбнулся.
— А мне, почему то нет, — раздражённо рыкнула я.
— Юль, не злись, — и он дёрнул меня за мизинец.
Я сверкнула глазами. Весело ему!