— Сидеть всем!
Демонстративно подхватил с земли, не замеченный ими топор, было у него и такое свойство, выхватил кинжал, и, наставив на вожака, жестко сказал сквозь зубы:
— А теперь по очереди представляемся, как кого звать-величать? Кто вы будете и откуда? А потом я буду задавать вопросы дальше. Всем ясно, или надо втолковывать?
Все трое быстро кивнули, но явно с облегчением, что было странно. Как раз тут из чащи и вынырнул Куру, — на спину закинута молодая косуля, а держит за горло зубами, и как донес, что не упала?
— Э-э братец, спокойно, это наши гости. Они же и наши проводники думаю в будущем. Это мой спутник — указывая на куатар, проговорил я — так что бежать и не пытайтесь. Куру отдай им косулю.
— Чего?
— Да я не в том смысле. Пусть приготовят. — И уже пленникам — Вот займитесь разделкой — кивнул я на добычу куатара.
Пока они сноровисто, свежевали и разделывали косулю, я смог рассмотреть каждого. Все трое бесспорно состоят в родстве, на лицо некое сходство, похожи на расенов, потому что темноволосы, и кареглазы, носы прямые без горбинок, ростом с меня, тоесть не совсем высокие ха-ха. Худые, но жилисты, из одежды ни одной целой вещи, все трое, в каких-то лохмотьях. Но ножами орудуют ловко, значит не простые парни…
Через некоторое время мы весело уплетали, жареное на веточках мясо. А во время еды, трое местных парней, уверившись в своей безопасности, перебивая друг друга, рассказывали нам о себе и о своем крае. Звали их Киан, Тано и Данко, они были родными братьями, и как я понял сыновьями волхва, который в свою очередь был двоюродным братом князя, правителя уже перемещенного, Лусиара.
— …Мы родились, намного позже после переноса сюда — рассказывал Киан. — В первые месяцы жизни, на новом месте, волхвам удалось стабилизировать ситуации — создать барьер, поле от земли до небес, через которое вся эта людонечисть и страховиты, прорваться не могли. Правда страна поговаривают, очень уменьшилась в размерах, но зато зажили привольно. И так продлилось, до недавно — видимо с чьих-то слов пересказывал парень.
— А потом барьер истончился и утратил былую прочность — догадался я.
— Да, потом много позже, это когда мы уже появились на свет, что-то с этим защитным полем произошло…. Потому что опять появилась вся эта видоизмененная жуть… После смерти матери, отец отослал нас в Танфадор, небольшой форт, где жила наша тетка. Потому-то мы и выжили, а так все жители деревни погибли в одночасье… Только в городах было спасение — там крепкие стены, там городские кристаллы, там дружины…. В общем, первую волну нашествия отбили с лихвой, еще свежи были предания, кто есть кто, и как с этой всей напастью бороться…
— Угу, отбили — перебил брата Тано — а потом они так поперли в глубь страны, что поглотили и смели весь центр. Столица Хейпнафра, на пару с расположенным неподалеку, Экканаром держались дольше всех…. Но когда появились Личи и Ильяди, были пробиты бреши в крепостных стенах и полчища ворвались в эти города. Оказавшись в безвыходной ситуации, и быстро поняв с кем, имеют дело, глава совета и приближенные к нему чародеи, приняли решение разбить священные камни городов, чтобы после смерти, ни кто из них не смог уже восстать и причинить вред еще стоявшим городам. Так они и поступили. Теперь там только выжженная пустошь…
— Погодите, что-то я не понял, кто такие эти Лич и Ильяди?
— Ильяди это — странное создание — вступил в разговор Данко — выглядит как гигант, чей рост превышает деревья, а его голова целиком покрыта множеством глаз. Вот и все что знаем, он приволакивал громадные глыбы, и швырял в стены до тех пор, пока не пробивал брешь. Затем, вместе с различными тварями врывался в город и начинал там все крушить, пожирая на ходу, что ухватит из живого или мертвого.
— А Лич так вообще оказался совершенно неожиданным, очень неприятным открытием для всех нас — снова перехватил нить разговора Киан. Он стал самой сильной разновидностью нежити, встречающийся теперь в Лусиаре. В то время, как большинство служат воле изменившихся ведьмаков-людей, Лич служит самому себе. Это темный колдун, поднявшийся после смерти, чтобы продолжить то, что он не успел сделать при жизни. Для этой цели во время трансформации в Лича, он на время помещает свою жизненную сущность в какой-либо сосуд, в то время как его тело подвергается трансформации. После окончания процесса превращения, душа и тело вновь соединяются воедино и он становиться Личем.
— Да-да, так вот эта тварь по своему собственному желанию примкнула к наседающим на столицу врагам, и когда совет понял кто перед ними, то…
— И кто это оказался? — Не удержался я от вопроса.
— Фигурд, один из древних ведунов, еще при жизни начавший изучать причины возникновения Чумы косивший Рухатцев. Говорят, он немало узнал, и не удержался, чтобы не испробовать на себе. В общем, последние годы жизни он был уже на стороне чужаков. — Пояснил младший Данко.
— Ясно. Вон уже темнеет, надо готовиться к ночлегу. Передохнем, а завтра решим что делать, как говорят — утро вечера мудренее. Так что ложитесь, мы посторожим.
Когда они улеглись, я не стал заглядывать в сознание парней, проверяя, спят, или нет, это их дело. Мы же с Куру, потихоньку дожаривали мясо, чтобы прихватить с собой. Вернее я дожаривал, а он догрызал заднюю ногу косули.
Мысли роились как пчелы, перескакивая с одного русла в другое, пока у меня не было и малейшего представления, как буду действовать дальше. Костер горел, я сидел, размышлял, Куру лежал рядом и вроде дремал, звуки ночного леса, становились все больше, пугающими. Я удобно разместил возле себя, положил топор и кинжал — можно сказать по-своему приготовился, не зная чего ожидать, И с горечью, подумал о том, что мне так и суждено застрять в этом мире навсегда. С одной стороны это меня пугало, с другой возвращаться нам было некуда, оставалось приспосабливаться к жизни в Даарии, но для начала туда еще надо было вернуться…
Глава девятая
Утраченные Земли
Утром едва рассвело, я растолкал своих новых знакомых. Приведя себя в порядок после сна, загасив огонь, и наскоро переговорив, мы решили пробираться в Кориэндор, находящийся на Севере. Практически по прямой, требовалось пройти между двумя горными кряжами, и там найти город. Выйдя обратно на остатки тракта, мы уже впятером, двинулись в нужном направлении.
По-видимому, в этих местах вторженцы не сильно похозяйничали, по крайней мере, на первый взгляд ни каких следов их пребывания в этой местности, заметно не было.
По дороге я продолжал расспросы.
— Так, а что стало с вашим Танфадором? Я так понял, вы там выросли?
— Да ни чего с ним не стало — хмуро отозвался Киан — бросили его жители, едва пала столица, и отправились кто куда. Может и правильно.
— А мы не захотели — гордо похвастался младший Данко — мы решили тут остаться на острове, обитаем. Ну, там, на Легре, островок имеется, не большой, но туда никто не суется, свойство воды такое — не любит ее вся эта пришлая гадость. Потому и не превратили в болото, что подступиться не могли. Да и не прельщает их тут ни чего, городов то до самого Кориэндора, почитай и нет. А они очень уж любят человечину, животные то заранее с тех мест уходят, куда они прийти намериваются, а люди нет, те будут еще сопротивляться, бороться, вот это им самое то.
— То есть? — Не до конца понял я.