— Все дороги ведут в Мистраль, да? — Хастел припомнил старую Ремнантскую поговорку. Брат не ответил. Они оба сидели рядом, наслаждаясь днем, погодой, ну и обществом друг друга, разумеется.
— Кстати, хотел тебя кое о чем попросить. — Мельхиор открыл “Статистику Мира” и выделил одно имя из списка. — Было бы неплохо нанести визит одному не в меру зарвавшемуся фавну. Осилишь?
— Обижа-аешь, Мельх. Найду, конечно. — Хастел открыто улыбнулся, и Мельхиор не мог не ответить ему тем же. Как бы не были плохи дела, именно на их плечах сейчас лежит ответственность за сохранение равновесия в этом мире. И дать слабину — значит проиграть в этой битве.
— С меня виски.
— Забились, — Парни ударились кулаками, и продолжили разговор на менее значимые темы. День был в самом разгаре, да и погода под стать сути старшего Хранителя, и именно поэтому его настроение медленно, но верно ползло к отметке «Хорошее». Все еще наладится, уж они об этом позаботятся.
Комментарий к Глава 44
Знаете, я предпочитаю игнорировать факт существования нового тома RWBY. Ну не могу я смириться и принять то, что сделали с персонажами. ИМХО Раньше было лучше.
========== Глава 45 ==========
Сидя в позе лотоса во время плановой медитации, Мельхиор с упрямством Борбатаска пытался в очередной раз слить воедино потоки Магии и Ауры в своем теле. Они переплетались, образовывали узлы, но все так же неохотно взаимодействовали друг с другом.
Впрочем, стоило отдать должное, успехи в этом деле у него были, и отнюдь немаленькие. Магическая энергия уже вполне свыклась с существованием рядом инородных потоков, и местами даже начала процесс ассимиляции. То есть, в районе предплечий, груди и спины магические и аурные каналы уже сплелись, образуя один многофункциональный. Осталось только, что называется, дожать.
Что же до Проявления Хранителя. В этой стезе успех преследовал Мельхиора куда как чаще, чем в объединении энергий. Астиллес знал, что Проявление пробуждается, в основном, в час нужды, и представляет собой воплощенную форму главного в тот момент желания хозяина. И вот, спустя кучу времени, Мельхиор все же был вознагражден за свои старания.
Этим утром, сидя на кресле в квартире Кроу, ему отчего-то очень захотелось посмотреть телевизор. Как назло, пульт оказался на совершенно недоступном для Хранителя месте, однако это не вызвало у Астиллеса никакого недовольства. Не смотря на отсутствие руки, он отчего-то был твердо уверен, что сейчас просто возьмет, и дотянется до пульта. К его удивлению — дотянулся. Вот только с места он не сдвинулся ни на сантиметр. Вместо этого пульт, сверкнув едва заметными разрядами, сам потянулся к нему.
Сейчас же Мельхиор пытался воспроизвести тот же эффект, чтобы поднять теннисный мячик, лежащий перед ним. В его груди уже давно пылало магическое пламя, но проклятая салатовая сфера все никак не хотела подчиниться его воле. Остался лишь один способ воздействия, которым обычно пользуются эсперы-новички. Мельхиор бы не удивился, если бы сработал именно этот способ, так как телекинезом он до этого никогда не владел. Пусть это и не тот телекинез, которым пользуется Глинда Гудвич, но точно что-то близкое.
Открыв глаза, он попытался представить невидимую руку, которая тянется к мячику. Мысленный образ он старался наполнить собственной аурой, чтобы активировать Проявление. И, как и ожидалось, в груди появилось то самое ощущение легкой пустоты, а в мыслях появилась уверенность в том, что он без проблем может манипулировать этой невидимой рукой, как пожелает, взаимодействуя на материальный мир. Не смотря на то, что опытный эспер был способен использовать сотни и тысячи таких «рук», Мельхиору пока хватало и одной, взамен утерянной.
Подрагивая, и норовя упасть обратно на пол, салатовый мячик оторвался от поверхности, набирая высоту. Спустя долгие десять секунд мячик оказался на уровне глаз Мельхиора, а сам Хранитель достаточно свыкся с новыми ощущениями, чтобы перестать сосредотачивать все мысленные усилия только на них. Голова неожиданно потяжелела, а все тело налилось вязкой слабостью. Совершенно неожиданно у Мельхиора закончилась Аура, которой, как он считал, было не мало. Похоже, его Проявление является очень энергозатратным удовольствием.
Однако Хранитель, не скрывая улыбки, откинулся на пол, растянувшись звездой. У него наконец-то получилось. Он пробудил свое Проявление. Пусть и отчасти, но он также вернул себе свою функциональность, что не могло не радовать. В голове Мельхиора сам собой родился план дальнейших действий. Похоже, не только тело и душа в скором времени получат свой апгрейд. И он знал только одного человека, который мог бы ему помочь.
Два дня спустя
Ритмичное тиканье часов разбавляло тишину, что в последнее время воцарилась в доме. Руби с тихим шелестом переворачивала страницу за страницей, бездумно водя глазами по строкам. Ее мысли уже были далеки от содержания книги, и витали где-то в далеком космосе. Роман, посоветованный когда-то Блейк, был аккуратно закрыт и сложен на прикроватный столик. Нет, все же подобная литература была не для Руби. Поэтому то она и потянулась к полкам, на которых расположились комиксы. Коллекция не так давно пополнилась парой выпусков, а потому ей было чем заняться.
С Янг не выходит поговорить вот уже неделю. Сестра попросту безвылазно сидит в своей комнате, изредка выходя ради каких-то необходимых мелочей, или чтобы поесть. После разговора с Мельхиором она стала даже задумчивей, чем обычно, однако та печать страдания, что была на ее лице до этого, как показалось самой Руби, начала медленно таять.
Стоило Руби взять в руки тонкий журнал с цветастой обложкой, как на столе завибрировал свиток, сопровождая все это негромкой мелодией. Что удивительно, вызов был от друга Мельхиора. Того самого, который помог Руби эвакуировать людей из Колизея Согласия.
— Да? — Она несмело взяла трубку, слыша с той стороны прерывистое дыхание, словно обладатель свитка куда-то торопился.
— Здравствуй, Руби. Это Хаст, и у меня очень важный вопрос. — Хастел выдержал небольшую паузу, прервавшись на вздох. — Можем мы воспользоваться твоей мастерской?
— Мастерской? Воспользоваться? Мы? — До Роуз не сразу дошло, что именно от нее требуется.
— Да-да, я и Мельх. Он со вчерашнего утра странный какой-то. Сказал что-то вроде «Тенебрис Кустос необходимо перековать» и ушел в глубокую медитацию. С тех пор он находится в постоянной концентрации и не проронил ни слова. Так можно?
— А, да… Конечно. Когда вас ждать? — Хотела поинтересоваться Руби, но вместо ответа снизу донесся торопливый стук в дверь.
— Сейчас. — Ответил Хастел и прервал вызов. Ну, а Руби не оставалось ничего иного, кроме как броситься открывать. Не дают девушке спокойно почитать комиксы!
С тихим скрипом дверь отворилась, пуская внутрь поток холодного воздуха. С тихим смешком Роуз встретила взлохмаченного блондина по имени Хастел и даже чересчур спокойного Мельхиора. Спокойного и отрешенного настолько, что даже небольшая горстка снега на его черной шевелюре не вызывала у него никакой реакции.
— День добрый. — Поздоровался Хастел, а Мельхиор лишь приветственно кивнул, не сказав ни слова. Ровно так же молча он достал из-за спины свой клинок, чье алое лезвие блестело на солнце.
— Я так поняла, дело срочное, поэтому пойдемте сразу в мастерскую, — Руби вышла на улицу, прикрыв за собой дверь. Она была в своем привычном наряде, ну, а Аура надежно укрывала свою владелицу от холода. Втроем они направились в святая святых Руби Роуз, которую та организовала в гараже.
Не успела Руби и глазом моргнуть, как Мельхиор тут же исчез, и оказался возле плавильни. В считанные секунды он провел все приготовления, а затем начал разогревать печь. Вскинулось пламя, освещая темное помещение. Отчего-то гости даже не подумали о том, чтобы включить свет.