Мужчина присел позади Хантера и провел рукой в перчатке в нескольких сантиметрах над телом Эллисон.
— У нее обожжены легкие, — тихо произнес он.
— Ты можешь ей помочь, Талон? — спросил Хантер.
Талон кивнул. Он снял перчатки, и положил ладони на ребра Эллисон.
Через несколько секунд дыхание Эллисон выровнялось.
Талон встретился взглядом с Амандой. Она задрожала, увидев, что у него такие же точно глаза, как и у Кириана.
В этом новом Темном Охотнике было что-то странное и тревожащее.
Он весь излучал спокойствие, словно бездонный пруд. В нем была какая-то невозмутимая безмятежность, которая одновременно и привлекала, и страшила.
И до нее дошло, что должно быть происходило нечто действительно ужасное. Почему бы еще тут в это же время появился другой Темный Охотник?
— Это Десидериус устроил поджоги, так ведь? — спросила Аманда.
Оба мужчины отрицательно покачали головами.
Хантер взглянул на Талона.
— Твоя цель?
— Я бы предположил, что они объединяют силы. Мои пытаются выкурить вас, пока твоя скрывается.
Наконец, пожарные прибыли. Бригада скорой помощи занялась Эллисон, когда они трое отошли в сторону.
— Черт, Талон, это что-то новенькое. — Сказал Хантер, запустив руку в волосы. — Это делает нас абсолютно уязвимыми.
Талон повернул голову к горящему дому Табиты.
— Я знаю. Чертовски неудобно, что они могут объединять силы, в то время, как мы нет.
— А почему вы не можете?
Талон повернулся к Хантеру.
— Как много она знает?
— Больше, чем должна была бы.
— А доверять ей можно?
Хантер вопросительно взглянул на нее, и нерешительность в его глазах больно ранила девушку. Аманда никогда бы не сделала ничего, что могло повредить человеку, спасшему ее жизнь.
— Я получил вчера голосовое сообщение от Ашерона, с указанием давать любую информацию, которую она попросит.
Талон нахмурился.
— Это совсем не похоже на Ти—Рекса.
— Знаешь, Ашерон на самом деле ненавидит, когда ты так его называешь.
— И именно поэтому я так делаю. И мне трудно поверить, что Ти—Рекс дал ей карт-бланш.
— Да, но ты же знаешь Ашерона. В этом определенно есть какая-то необходимость, и в свое время, я уверен, он сподобится просветить нас на ее счет.