— Тебе надо было поговорить с моим отцом, прежде чем я съел его.
Эсмеральда побледнела и отступила на несколько шагов.
— Он дразнит тебя, Эс. Он не ел своего отца.
Кириан обернулся и увидел Аманду, стоящую в дверях позади него.
— Ты в этом уверена?
Она улыбнулась.
— Полностью, а тебе должно быть уже лучше, раз ты способен на шутки. — Аманда подошла ближе и проверила повязки на руках. — Боже, они практически зажили.
Кириан кивнул, потянувшись за одной из рубашек, которые Ник завез вечером, когда он еще спал, и надел ее.
— Спасибо Д’Алериану. Еще несколько часов и раны исчезнут полностью.
Аманда глядела, как он скользнул с дивана. Только медлительность его движений выдавала то, что он еще выздоравливал.
— Тебе уже можно вставать?
— Мне нужно подвигаться, чтобы расправить затекшие мышцы. — Проходя мимо нее, он едва слышно пробормотал, — Ну, по крайней мере, некоторые.
Она провела его в кухню.
— Эсси, у нас еще остались спагетти?
— Он ест спагетти?
Аманда вопросительно взглянула на Кириана.
— Ешь?
Он бросил хитрый взгляд на Эсмеральду.
— Это, конечно, не то же самое, что присосаться к шее какого-нибудь итальянца, но тоже неплохо.
Выражение ужаса на лице сестры заставило Аманду рассмеяться.
— Лучше оставь ее в покое, а то она пронзит тебя, пока ты будешь спать.
Он уселся за кухонный стол и бросил жаркий, жаждущий взгляд на ее тело.
— Лично я лучше бы пронзилтебя, пока мы еще бодрствуем.
Она улыбнулась его двусмысленности, выкладывая спагетти на тарелку.
— Я так рада, что ты снова поддразниваешь меня. Я боялась, что потеряю тебя, когда мы нашли тебя утром.
— Как Табита?
— Она в порядке. Ее выписывают, пока мы с тобой говорим.
— Хорошо.
По выражению его лица было ясно, что он глубоко обеспокоен.
— Что такое? — спросила Аманда, устанавливая таймер на микроволновке.