Лу смотрела на зелёную мякоть справа от разделочной доски.
— Отец Доминго молится за него. Он даже сказал, что возможно, нам придётся посетить того язычника с душами. Чтобы защитить Майкла.
Калли и раньше нервировало, что церковь давала негласное одобрение на прокат душ. Не то чтобы Господь каждый месяц давал священникам квоты, но они вели себя именно так. Словно всё сводилось к конечному счету, а не к тому, как ты это заслужил. И всё же она никогда не слышала, чтобы священник рекомендовал подобное. Обычно они просто закрывали глаза. Подставляли другую щёку или типа того.
— Ты же не хочешь делать это, — Калли попыталась скрыть панику в голосе. Её достаточно ранило знание, что её мать и брат оба так или иначе использовали магию душ, потому что в отличие от общественности она знала, что последствия реальны. Новости о том, что у людей развивалась зависимость от этого ощущения, и исследования теории, что белый остекленевший взгляд частого арендатора сродни тому, что возникало у большинства опиумных наркоманов, расходились слухами. Но это не мешало людям арендовать души.
Дело в том, что зависимость — это лишь часть проблемы. Даже однократное использование производило эффект. Такой эффект, который навсегда изменял человека. Крошечные частички твоей души вырывались с каждым извлечением арендованной души. С каждым разом ты становился всё менее и менее целым. Жёсткий укол боли отразился в груди Калли. В том же месте, куда Заклинатель Душ поместил арендованную душу, а потом забрал её.
— Ну, конечно, нет, — сказала Лу с таким рвением, что Калли поняла — женщина закатила глаза.
— Конечно. Хорошо, — она не могла рассказать Луизе всю правду о том, почему прокат души — это неверный путь. Делиться такими знаниями — надёжный способ вырыть себе могилу. Учитывая, что она проводила дни, избегая мафиози и позволяя своему телу то застывать, то гореть, ей не нужны дополнительные угрозы в жизни.
— Я беспокоюсь об его душе.
В этот момент Калли поняла, что Луиза подумывает об аренде души. Понимание, что возможно, ей придётся выслеживать сына Лу, чтобы вернуть душу, сильно надавило на её ребра. Она сделала глубокий вдох и задержала дыхание, чтобы побороть напряжение в её торсе.
Луиза закрыла тему, но это покалывание в боку весь остаток смены ранило Калли при каждом вдохе.
Двойная жизнь — реально отстой.
Глава 15
Калли поспешила в магазин Заклинателя Душ, как только закончилась её смена в доме престарелых. Её большой палец зависал над кнопкой звонка всё то время, что она шла до машины, но она сдержалась и уронила телефон обратно в сумочку. Дерек ничего не скажет ей по телефону. Что бы ни случилось, не стоит делиться этим с другими — особенно с представителями полиции, которые легко могли получить доступ к незащищённым линиям.
Калли покачала головой. Беспокойство из-за прослушки копов для неё не ново. Когда твоя мама регулярно облапошивает туристов, а ты сама всё детство кормила себя воровством, то ты волей-неволей учишься хорошо избегать правоохранительных органов. Калли думала, что миновала этот этап. Нормальная работа, еда, добытая законным путём, машина, которая принадлежала ей. Вместо этого у неё имелись взрослые проблемы, для которых поддержание дистанции между ней и любым офицером полиции было жизненно важным. Она крала у копов, работала с мафиози и, наверное, стала пособником в кое-каком серьёзном дерьме у Заклинателя Душ. Подумать только, раньше её самой большой проблемой было то, как удержать Джоша в программе реабилитации.
Калли припарковалась в двух кварталах от магазина. Фонари не горели, но она всё равно остановилась возле одного из них. В конечном счёте небо потемнеет, и она хотела этот нимб вокруг своей машины. Автомобиль был дерьмовым, но это её кусок дерьма. Иногда чувства безопасности оказывалось достаточно, чтобы свести концы с концами. Калли всё ещё была одета в светло-голубой верх рабочей униформы, но нашла на заднем сиденье чёрную толстовку и натянула её поверх. Сегодня светило солнце, день был ясным, но холодным. Мать Природа вытворяла фокусы. Калли поспешила вдоль квартала, игнорируя леденящий воздух, и свернула направо в переулок, который вёл к обители Заклинателя Душ.
Туристы толпились на улице. Шарахались от одного ремесленного магазинчика к другому и обсуждали статую Святой Каталины, которую видели возле кафедрального собора, и то, что их отель раньше был монастырём. Калли радовалась, что они не заметили, как она свернула в переулок. Она не хотела, чтобы они пошли следом. Не хотела, чтобы они обнаружили Заклинателя Душ. Не хотела, чтобы они считали это ещё одной причудливой достопримечательностью Джем Сити, вроде фестиваля воздушных шаров, или выставки стеклодувов, или возможности впервые попробовать позоле6. Прокат души — это не то действие, которое на память вклеиваешь в личный дневник. Заклинатель не продавал открытки, но Калли вполне ожидала от него, что он выдаст историю о древней культуре, которую конкистадоры принесли в эту местность ещё тогда, когда этим удалённым регионом правила пустыня.
Туристы обычно раздражали Калли. Они находили красоту в мешанине её города. Они считали, что злачные улицы, которых она избегала — те, что вызывали дурные воспоминания и наносили самые глубокие шрамы — были «аутентичными», а люди были такими «настоящими». Узел тревоги скрутил её шею. Если Дерека не окажется внутри, она склонна совершить какую-нибудь глупость. Она находилась на грани и могла или предложить выполнить ещё больше работы (бесплатно, конечно же) или ввязаться в словесную перепалку с Заклинателем, в результате чего её башка замёрзнет куда сильнее, а Дерека не окажется рядом, чтобы её урезонить.
Калли достала телефон из кармана и послала Дереку быстрое сообщение: «Буду через 30 секунд».
Мгновение спустя её телефон издал сигнал. «Мы сзади».
Калли надеялась, что означает, что они в мастерской Заклинателя Душ, а не на осыпающихся ступенях, которые вели к боковому входу в магазин. Там они нашли Каллена, и она совсем не готова к очередному визиту туда. Существовала причина, по которой она выбрала войти в магазин через главный вход, даже если это означало делить дорогу с толпами зевак и возможность, что кто-то заметит, как она направляется в переулки крошащегося бетона, разбитых бутылок и расколотых мечтаний — такие переулки, где души сдавались в аренду.
К счастью, мужчины оказались в мастерской сзади. Заклинатель Душ называл это место своим офисом, так что Калли отказывалась использовать это слово. Это мелочное упрямство, но когда расстановка сил настолько неравна, важна даже маленькая победа. Заклинатель Душ сидел на стуле возле массивного дубового стола, который занимал заднюю половину стерильного помещения. Сегодня он надел пурпурную пижаму. Его руки были скрещены на груди, отчего рукава задрались, обнажая несколько толстых золотых браслетов на каждой руке и арку чёрного контура. Калли показалось, что она различила рисунок птицы на его предплечье прежде, чем Заклинатель фыркнул, и рукав спустился на место.
Дерек упёрся ладонями в стол, и напряжение его предплечий указывало на то, что вес всего его тела подался вперёд.
Калли не знала, стоит ли ей заговорить. Они оба источали столько напряжения, что оно собиралось под потолком. Если она не будет осторожна, это напряжение достигнет температуры испарения и прольётся на всех них каплями тревоги. Калли сделала несколько шагов вперёд, намереваясь прикоснуться к спине Дерека в знак приветствия.
Но Заклинатель заметил её первым. Само собой.
— Не прошло и полугода!
Калли расстегнула толстовку, чтобы показать униформу под ней.
— Я приехала прямиком с работы.
— Это и есть твоя работа, — сказал он, точно не слушал её.
Калли собиралась просветить его, что такое трудоустройство, и как надо оплачивать время сотрудника, но тут Дерек повернулся к ней. Боль на его лице не просто вызвала сочувствие в её сердце; она потрясла Калли до глубины души. Из них двоих Дерек был непоколебимым. Он был скалой. Конечно, после того как они нашли Каллена, всё было зыбко, но...
— Только не очередной ребёнок, — её голос прозвучал почти мольбой, и Калли сама его едва узнавала.