Нина не договорила, поперхнувшись. Юля молчала и вроде бы ничего не делала. Чуть иная осанка, немного снисходительности и насмешливости в ответном взгляде, аура незыблемой уверенности в своём превосходстве по праву рождения. Рядом с Тимофеем сейчас стояла не гимнастка Юля — а Её Высочество Юлике, принцесса дома Акалладер, одного из Великих домов Юпитера. Нина рядом смотрелась как безродная выскочка «из грязи в князи». В глазах Нины вспыхнули зависть и ненависть, причём достаточно надолго, чтобы это успел заметить Тимофей.
— Нина, ты немножко забываешься. Относиться к человеку как к вещи и требовать поделиться… — голос брата прозвучал вроде бы мягко и участливо, но скрытую угрозу заметили все. Кроме Нины.
— Ну Ти-и-има. С сестрой положено делиться. И вообще, ты мой брат, и самый близкий мне человек.
Тимофей сумел сдержаться, хотя Юля заметила, что ему это удалось с трудом: рука дёрнулась отвесить сестре здоровенную оплеуху. Но от брошенного в Нину взгляда, полного тяжёлого гнева, свита молодой барыни невольно втянула головы в плечи.
— Запомнить и передать всем. Юля — мой личный секретарь. Кто тронет — сверну шею. А теперь вон с глаз моих. Кого через пять секунд увижу — получит сотню розог.
Дворню сдуло как ветром. Нину тоже: знала и характер брата, и то, что в таком состоянии он запросто добавит и ей. Отец же и дядя Саша заняты, поэтому жаловаться просто некому. Едва коридор опустел, Юля прокомментировала:
— Проблема никуда не делась. А твоя сестра ничего не поняла. Наоборот, сейчас она захочет проучить меня уже из вредности. И чтобы отплатить, раз уж тебе напрямую гадость сделать руки коротки.
— Кажется, прогулка опять сокращается, — вздохнул Тимофей. — Ты права. Мама погибла в девяносто первом, мне тогда было шесть, а Нине всего три. Её воспитывала бабушка, отец всегда занимался делом и мной как наследником.
— Вот и выросла.
— Я всё-таки не думаю, что Нина рискнёт со мной ссориться. Но бережёного Бог бережёт, так что давай-ка всё-таки заглянем к управляющему.
Тот удачно оказался в своём кабинете. Заметив посетителей, сразу встал и поздоровался за руку:
— Здравствуйте, Тимофей Леонидович.
— Добрый день. Я вас ненадолго отвлеку. С сегодняшнего дня в отношении Юли как моего личного секретаря действует правило, что приказы ей отдавать могу только я, мой отец и Александр Игоревич. Поскольку она является лицом, допущенным к секретам компании.
Управляющий поджал губы. Шли Тимофей и Юля к нему не бегом, так что кто-то о конфликте брата и сестры уже доложил. Догадаться о причинах указаний Тимофея было несложно. Как не было желания подставлять шкуру и встревать в разборки между детьми хозяина.
— Прошу прощения, но мне нужен письменный приказ.
— Да, конечно.
Тимофей, не спрашивая разрешения, взял со стола ручку и лист бумаги. Быстро написал и отдал всё управляющему. Тот пробежал текст глазами, и брови удивлённо поползли вверх домиком, лоб прорезала морщина: приказ разрешал «допущенной к секретной информации» защищать информацию и свою жизнь от посягательств любым способом вплоть до физического устранения нападавшего. И подписался Тимофей не как молодой барин и наследник, а как член Совета директоров корпорации. Бумага получилась серьёзная, поэтому управляющий торопливо отрапортовал:
— Так точно. Будет доведено до всех в поместье.
Очередным утром Юля проснулась от ощущения пустоты. Потом сообразила: всего за несколько дней настолько привыкла спать под боком у Тимофея или удобно облокачиваясь на него, что когда он ушёл из постели, сразу стало чего-то не хватать. Тут в спальню вернулся Тимофей, уже при параде: пиджак, галстук и запонки сияют. Нагнулся, поцеловал девушку:
— Надеюсь, я ненадолго. Хотя… чёрт их знает, сколько там проторчу. Но к середине дня постараюсь в любом случае сбежать. Так что из дома не уходи далеко, ладно?
Юля медленно кивнула. Вспомнила, что вчерашнее выступление Конного-старшего оказалось началом праздника, грозившего растянуться дня на три: директор спорт-центров подхватил и творчески развил идею начальства насчёт выпускного, решив устроить настоящее шоу. Пусть воспитанники запомнят получше, а идея дорогого Леонида Ильича пробьёт дорогу даже в подсознание. Оба старших руководителя корпорации между собой непонятно для молодых шутили насчёт цитатника какого-то Мао, но Тимофея по совету Виктора Евгеньевича на очередное действо всё же привлекли.
— Я побежал, до обеда, — прощался Тимофей уже на пороге, нервно поглядывая на часы.
Юля осталась завтракать в одиночестве и размышлять, чем занять самое меньшее полдня. И что печально, в тир не сходишь — он занят до вечера, оружейник вообще просил сегодня не показываться. Когда дело дошло до десерта, идея, наконец, оформилась. Расслабившись рядом с Тимофеем, она совсем забыло железное правило выживания: территорию изучи как свои пять пальцев. Мало ли что может случиться, а Тимофей хоть и кичился, что ещё в детстве облазил всю округу, на половину прислуги или в хозяйственную часть наверняка не заглядывал.
Именно в крыле прислуги её и поймали. Длинный коридор с двух сторон перекрыли шесть бугаев в лакейских ливреях, тупое выражение лица так и кричало: выполняем приказ, остальное не наше дело. Например, приказ лощёного хмыря, стоявшего за спиной правой тройки. На мгновение показалось, что с другой стороны тоже кто-то мелькнул, но в коридоре никто не появился.
— Что вам надо? — голос Юли прозвучал ровно, никак не отражая идущих в голове расчётов. Без сомнений, придётся драться — вопрос, как это сделать максимально эффективно.
— Барыня приказала доставить тебя к ней, — хмырь ответил, не особо скрывая злорадства. — А по дороге, если рыпнешься или добром не пойдёшь, научить уму-разуму.
— Вы всего-то заведуете уборкой парковой территории, — Юля вспомнила, где видела начальника «ловчей партии», — вот и занимайтесь этим дальше. Нарушать приказ управляющего — нет полномочий.
Хмырь скривился, выпад девушки попал в цель: мужик, можно было не сомневаться, явно метил выше.
— Барыня приказала. Взять её, и в гараж. Всыпать двадцать розог для начала.
Юля сделала шаг назад, остро пожалев, что поддалась Тимофею и сейчас безоружна. Да, от бугаев, которые самое большее тупо били морду таким же болванам, она отобьётся. Но драка не впишется в образ девочки-спортсменки, добившейся внимания хозяина через постель. Допустить же утечки информации нельзя. Живых свидетелей остаться не должно — и хмырь становился проблемой. Он стоял за спиной лакеев слишком далеко. С пустыми руками Юля с большой долей вероятности попросту не успевала догнать его раньше, чем негодяй сбежит. И как назло лакеи тоже не имели при себе ничего, что можно было бы у них выхватить и использовать как оружие.