Толстый старик, бывший армейский офицер, пробился вперед.
— Вероятно, они начнут наступать, когда решат, что мы достаточно ослаблены голодом и нервным стрессом, — сказал он мне, — Войдут в город по главным улицам, и там-то мы и будем их поджидать. Предлагаю поставить восьмидесятивосьмимиллиметровку на площади, где ее можно будет вертеть и тем самым держать под обстрелом все улицы, по которым они наступают.
Я согласился и выбрал десять крепких парней из толпы в командиры отделений, велел набрать до пятидесяти добровольцев каждому, вооружить их как можно лучше, расставить на боковых улицах и приготовиться атаковать любую колонну, которая вздумает по ним пройти.
Ларе закончил смотреть в окно и вернулся.
— На востоке горит фермерский дом или амбар, — сообщил он. — А еще там крысы кишмя кишат.
Коротышка, который уже изрядно пошумел, издал скорбный вопль.
— Это мой дом! — заорал он на нас, словно это я приказал сжечь ферму, и рванул к двери.
Я спросил его, куда это он собрался.
Он обратил ко мне страдальческий взгляд.
— Я не стану стоять и смотреть, как эти животные разрушают мой дом! — крикнул он.
Раздалось несколько слабых одобрительных возгласов.
— И что вы собираетесь делать? — поинтересовался я.
— У меня есть оружие, — сообщил он и погладил карман куртки. — Я захвачу с собой пару тварей… и, может… — Он умолк, не вполне осознавая, что замышляет самоубийство.
— Останьтесь, — подложил я, — и помогите сделать что-нибудь толковое.
— Пожалуй, так лучше, — признал он.
Затем подошел к окну, оглянулся и заорал, что амбар сгорел, да и дом спасать слишком поздно, ну так что у меня на уме? И тут же повернулся обратно.
— Слушайте! — крикнул он.
Так я и сделал. Донесся перестук тележных колес по кирпичной мостовой и крики. Я подошел к открытому окну. Во внутреннем дворе бывший капитан Аспман явно собирал что-то вроде конвоя из лохматых северных пони, впряженных в тележки с нашими наиболее стратегически важными припасами. Интересно, куда это он намылился?
— Ничего не трогайте, Аспман! — крикнул я ему.
— Черта с два, сволочь! — заорал он в ответ. — Я намерен спасти жителей Сипуны, хотя ты собираешься их предать!
Этого хватило: лидеры штатских, набившиеся в комнату за моей спиной, все разом попытались навалиться на меня. Мне пришлось удерживать их, да так, чтоб никому не навредить. Затем они встали полукругом, упиравшимся в стену с другой стороны, где я не мог их достать. Визгливая невысокая женщина, заправила местного общества, насколько я понял, встала впереди по центру.
— Все вы слышали слова капитана, — крикнула она. — Это он, — она указала на меня, — тот самый иностранец, который ворвался в наш город и пытается одурачить нас, чтобы продать другим иностранцам, таким же, как он! — Извергнув это из плоской груди, она перешла на невнятное бормотание.
Я воспользовался паузой.
— Я — полковник Баярд из Службы транссетевого надзора. Генерал фон Рихтгофен приказал мне принять командование местным полевым штабом, вот и все! Аспман — осел, поэтому мне пришлось его разжаловать, так что успокойтесь и начните уже делать то, что нужно.
— Так ты большая шишка, э? — хмыкнула старая ведьма. — Тогда покажи документы, чтобы доказать это, парень! В любом случае, я никогда не слышала ни о каком сетевом обзоре и всяком таком!
— Времени отдавать письменные приказы не было, — объяснил я им, точно оправдываясь, причем неубедительно. — Но пока мы сидим здесь и треплемся, йлокки размещают свои войска. Может, помешаем им немного, а? Ты, — я указал на парня, который наскакивал на меня, — любишь подраться. Пойдем со мной, и я дам тебе что-нибудь подходящее для этого дела.
Он шагнул вперед и открыл рот, чтобы велеть мне отправляться к дьяволу, но в этот самый миг все мы услышали вопль внизу. Я первым выглянул во двор: он кишел чужаками, которые уже перевернули тележки и согнали дюжину или около того людей в один угол. Аспман трясся как осиновый лист. Потом он достал пистолет, который где-то раздобыл, но выстрелить не успел — крысюк размазал его разрушителем. Люди у меня за спиной завизжали:
— О нет, они убили капитана Аспмана! Смотрите! Он мертв! Его внутренности…
Через мгновение все принялись орать, чтобы я что-нибудь сделал. Я велел им успокоиться и ждать дальнейших указаний и спустился во двор. Крысюки продолжали набиваться внутрь через открытые ворота, которые я запер часом раньше. Я видел их на улицах, где исчезли заставы, видел, как они беспрепятственно продвигались вперед, до ближайшего оставалось всего несколько ярдов. Я протиснулся мимо перевернутой тележки и схватил за ворот сержанта в форме, который принимал дела у Аспмана и вопрошал у того, что за чертовшина творится. Мне пришлось кричать, чтобы быть услышанным, и зарубить форменной саблей одного йлокка, который, похоже, начал проявлять ко мне особый интерес.
— Кэп сказал, надо выбираться, — объяснил мне сержант, одновременно всаживая пулю в самую середку высокого тощего чужака с трехдюймовыми резцами. — Говорил, мол, большие шишки отбирают всю еду и оружие для себя и планируют заключить сделку с врагами, чтобы отдать им горожан в обмен на…