— Успокойся, Йокабамп! — резко оборвал его король. — Мы рассматриваем важное дело.
Голова высунулась полностью, за ней показалось маленькое тело. Карлик поднялся на кривые ножки, оглядел всех и почесал грудь.
— Какие важные лица! — прогудел он. — Рожи кислые, как будто всем стадом залезли по уши в грязь!
Он вытащил гармошку, постучал ею по ладошке, неожиданно большой для его габаритов, и заиграл веселенький мотивчик.
— Засунули, а не залезли. Ты это хотел сказать? — поправил Горубл. — Теперь уходи, Йокабамп! Мы сказали тебе, что мы заняты!
Он снова перевёл взгляд на Никодеуса:
— Ну, так мы ждем! Что ты знаешь такого, что позволит ему избежать повешения за большие пальцы?
Йокабамп перестал играть.
— Ты хочешь сказать, — загудел он, указывая на О’Лири, — что не узнаешь этого героя?
Горубл уставился на карлика:
— Героя? Не узнаю? Нет, мы не узнаем!
Йокабамп нагнулся вперёд и застыл в этой позе.
Когда дракон со стороны, где солнце прячет лик.
Пришел в страну — сбежали все, и лучшие средь них.
Но на пути у зверя стал с секирою герой — Со шкурой гада на плечах вернулся он домой!
Король мрачно нахмурился.
— Чепуха! — решительно сказал он и повернулся к карлику. — Так, все! И чтоб нам больше не мешали! Слышишь, ты, чучело. Это дело чрезвычайной важности. И не отвлекай нас своими глупыми историями.
— Но он, истинная правда, мой сир, и есть тот победитель дракона из пророчества.
— Да, гм… я действительно, — Никодеус сердечно похлопал О’Лири по плечу, — только что собирался это объявить.
Йокабамп вразвалку подошел к Лафайету, задрал голову и уставился на него.
— Он не похож на героя, — объявил он своим утробным басом.
— И все же он герой!
Карлик повернул свою тяжелую голову, заговорщически подмигнул фокуснику, а затем снова обратился к О’Лири:
— Скажи нам, достопочтенный рыцарь, как ты собираешься встретиться с этим жутким чудовищем? Справиться с его могучими челюстями, ужасными когтями?
Горубл, прикусив губу, неотрывно смотрел на О’Лири.
— Челюсти и когти, хм… — сказал Лафайет, снисходительно улыбаясь. — Без крыльев? Без огненного дыхания? Без…
— Чешуи, так я думаю, — добавил Никодеус. — Сам я его не видел, конечно, но по сообщениям…
Тут вперёд вышел стройный молодой человек в светло-желтой одежде.
В руках у него была табакерка, к которой он то и дело прикладывался. Он щёлкнул крышечкой, закрыл ее, засунул в рукав и с любопытством посмотрел на О’Лири.
— Так как ты говоришь, парень? Значит, собираешься расправиться с этим диким зверем, который охраняет подступы к крепости Лода?