Он бросил на меня проницательный взгляд, в котором было что-то вроде надежды.
— А вы не помните?
— В моей памяти есть пробелы. Начинайте их заполнять.
— Не знаю, с чего начать. Что вы помните?
— Расскажите о «Ластриан Конкорд». Он покачал головой и нахмурился.
— Послушайте, я клянусь вам…
— Дальше. Как насчет Иридани?
— О! — он облизнул губы и несколько разочаровался. — Очень хорошо. Вы знаете, против чего я выступал там. Хотя большого выбора у меня не было…
— Начинайте сначала.
— Ну… Иридани пришел ко мне семнадцатого. Его разговор сводился к тому, что он нуждается в моих услугах. Если честно, мне нужна была работа. А как только я ознакомился с ситуацией, они уже не могли позволить мне уйти — по крайней мере, они так заявили.
Я повернулся к мисс Реджис.
— Сказал он хоть что-нибудь? Она покачала головой.
— Мне кажется, он тянет время. Кто это?
— Актер по имени Барделл.
— Боже мой, — сказал Барделл. — Если вы знаете это, то вы знаете… — он осекся. — Откуда вы узнали?
— Вы сказали мне.
— Никогда.
— В парке, — сказал я, — на Грейфеле. Его лицо стало похожим на пирог, который уронили.
— Но вы не можете… — сказал он сдавленным голосом, повернулся и ринулся к окну. Я выстрелил вслед ему, но это его не остановило; он вылетел в окно, как грузовик с автострады, и исчез в фонтане осколков стекла.
Мисс Реджис испуганно вскрикнула. Я ощупал металлическую раму, что-то задел и услышал щелчок. Окно, осыпав пол осколками стекла, развернулось в комнату, как ворота. За ним была обыкновенная серая стена.
— Если фальшивый человек выпрыгивает из фальшивого окна, ^сказал я, — это самоубийство или безобидная шутка?
— Это ночной кошмар, — сказала девушка. — Но я никак не могу проснуться. — В ее широко открытых глазах стоял страх. Я облизнул губы, напомнившие вкус промокательной бумаги, подумал о двух-трех остроумных репликах и сказал: — У меня ощущение, что это не входило в их планы. Я не знаю, каковы эти планы, кто их составлял и для чего, но обстоятельства складываются не так, как предполагалось. А это значит, что они не такие умные, как самим себе кажутся — или мы не глупее их.
— Мы ходим по кругу, — сказала она. — Мы как слепцы в лабиринте. Мы спотыкаемся, мы заходим все дальше и дальше…
— Может, если мы достаточно далеко зайдем, то увидим выход.
— Куда?
— Смешно, но я бы сказал — откуда. — Я сунул голову в проем серой стены, около восемнадцати дюймов в ширину. Это, наверное, был тот самый проем, который Сенатор и я использовали для побега из фальшивого сенаторского особняка, или его двойник.
— Решайте, мисс Реджис, — сказал я, — вперед или назад?
— Назад — куда?
— Вы еще верите, что мы в Вулфтоне, Канзас, не так ли?
— Неужели я действительно когда-то здесь жила? — прошептала она. — Робкая маленькая женщина в сером маленьком городке, работающая в страховом агентстве, где двери покрыты лаком, а половицы устало скрипят, и я печатала отчеты на старенькой печатной машинке, приходила домой поздно вечером, в мрачную маленькую комнатку, чтобы, заснув, увидеть невероятное.