— Там, кстати, наши голубки развлекаются. Видел их вдвоём. Твоя псина с Борой. Не хочешь сходить разузнать?
— Зачем?
— Что, не ревнуешь?
— С чего бы? — как можно более безучастно бросила Лета.
Усмешка змеёй сползла по его губам
— Я бы ревновал, увидев такое.
— Марк не моя собственность, — отрезала она. — Он может делать, что хочет.
— Поэтому он выглядит, как верный пёс у твоих ног, готовый вцепиться в глотку всякому, кто не так на тебя посмотрит?
— О чём ты?
— Да так, решил недавно, что ты чего-то стоишь, и прикидывал пути для завоевания.
Лета фыркнула, громко, ощущение, что на весь лес. Конор уводил её от опасной темы всё дальше, и у него это получалось безупречно. Ей оставалось только парировать.
— Я заметила, что ты пялишься на меня.
— Нет, — Конор поднял брови. — Прикидываю. А ты ведь тоже сюда с этой целью заявилась. Понаблюдать за тем, как я тут работаю.
Он скользнул рукой по своей шее, нагибая её. опускаясь пальцами к ключице, вытирая несуществующую грязь.
Лета подавилась смешком.
— Не холодно тебе?
— Кстати, не особо, — его глаза стекли от её лица к телу. — А ты коленки сильно прижимаешь к друг другу. Тебе холодно? Или по другой причине?
«Ублюдок».
Под пристальным взором Конора Лета расслабила ноги и поддалась вперёд, опираясь локтями на бёдра.
— Холодно.
— Скоро твой остроухий тебя согреет, когда вернёмся в Кьярдаль. С кольцом или без.
— Что? — наморщила лоб Лета.
— Он же твой остроухий?
— Не твоё дело, — оскорблённо выдохнула она.
— Прошу прощения, если задел ваши чувства, сударыня. И давно вы вместе?
— Отвали.
— Ты с ним из чувства благодарности за то, что он достал тебе тот яд?
— Откуда ты?… — Лета задохнулась в возмущении, но остыла быстро. — А. неважно. Просто заткнись.
— Значит, ты с ним по великой любви.
— Ты издеваешься надо мной?