Атмосфера к произведениям и обсуждения персонажей здесь: https://vk.com/lacystarstories
Мируна, уставшая после долгого путешествия на поезде, ждала Себастьяна в самой первой в городе кофейне «Гвоздика и кости», где они и познакомились тогда. Перед ней остывал американо с молоком, сама она одета в простые джинсы и свитер.
Ожидание затягивалось, и Мируна, чтобы занять себя, достала альбом с рваными кусочками ткани.
Оба брата не любили семейные мероприятия, а уж похороны особенно. Бенджамин обладал достаточной наглостью, чтобы просто не участвовать во всём этом, а Себастьян – слишком терпеливым нравом, чтобы выдержать даже свою мать, замкнувшуюся в себе после смерти мужа. Кажется, теперь её интересовали только кусты роз, чайные салоны, которые она устраивала для знакомых, и благотворительность.
Будто только её горе когда-то имело значение.
Впрочем, Мируну она невзлюбила почти сразу. Они встретились на одном из семейных вечеров, куда пришёл даже Бенджамин. Вежливые улыбки и поцелуи благоухающего духами воздуха около щёк, притворные восхищения новым платьем Мируны, над которым она работала последний месяц. На нём были вышиты луна и звёзды, а лёгкий шифон взметался при каждом шаге.
Себастьян был в восторге. Он искренне гордился делом Мируны, которое она создала сама, однажды решив, что ей куда интереснее строить выкройки, чем рассчитывать прогнозы развития рынка ценных бумаг.
Эйш Альба явно не разделяла мнения сына и колко заметила, что любой может из куска ткани сделать одежду. Мируна тактично не стала спорить с хозяйкой дома. А Себастьян больше не брал её с собой по обоюдному согласию.
Он предпочитал не показывать её наряды тем, кто не ценит, а медленно снимать их с неё. Заменять поцелуями и терпким теплом прикосновений с запахом дыма на кончиках пальцев.
Он для неё — горький дым и тишина между словами.
Мируна всегда гадала, влюбилась ли она тогда, восемь лет назад, в первую очередь в Себастьяна Альбу или в кофе его семьи. Когда-то основанная его отцом и дядей сеть кофеен «Гвоздика и кости» незаметно, но упрямо просочилась между другими популярными заведениями, привлекая тех, кому по нутру мрачноватый антураж и кофе всех сортов и видов.
Искусственные косточки, черепки, этнические узоры по стенам, состаренные плакаты о ботанике и травах, а на столиках подсвечники с высушенными цветами.
Пыльные цветы и притягательная красота костей. Хрупких с виду, но крепких.
Тогда, восемь лет назад, такой же сырой осенью она юркнула в теплый запах горького кофе прочь от внезапно начавшегося ливня. Подол длинного кружевного платья уже успел намокнуть, она отчаянно опаздывала на встречу к заказчику и неловко топталась на пороге, стряхивая капли дождя с маленькой фетровой шляпки.
Ливень явно зарядил надолго, и ей ничего не оставалось, как переждать его внутри с чашечкой кофе. Правда, сначала она замерла у закрытой витрины в глубине кафе.
За стеклом на чёрном бархате были разложены хрупкие косточки, вырезанные из дерева фигурки то ли богов, то ли идолов, а среди рассыпанных коричневых зёрен стояли механические машины для помола. Погрузившись в свои мысли, Мируна, как околдованная, разглядывала коллекцию. Тягу к чему-то потустороннему она унаследовала от матери и теперь удивлялась, как раньше не замечала «Гвоздику и кости».
Потом она в некотором трансе подошла к самой стойке, не зная, что выбрать из длинного списка наименований и сортов кофе.
Бойкий молодой человек с черной татуировкой на шее и выбритым слева виском подмигнул и пододвинул ламинированное меню. Крупные буквы цвета слоновой кости на чёрном фоне.
— Думаю, в такой дождь вам нужна чашечка крепкого эспрессо.
— Обычно я предпочитаю кофе с молоком.
— А вы пробовали когда-нибудь сесть у огромного окна в пасмурный день, отложить в сторону все заботы и отвлечься от всех мыслей? Только вы и кофе. Он крепко проникнет в вашу душу, заставит сердце биться сильнее. Резче, яростнее. А? Ну как?
— Не слушайте его болтовню, — раздался сзади спокойный голос. — Выбирайте, что вам хочется.
Мируна обернулась на высокого мужчину, который держал подмышкой мотоциклетный шлем в капельках воды.
Его глаза были цвета виски.
А сам он пах гвоздикой и табачным дымом.
Взглядом профессиональной швеи она оценила его толстый тёмный свитер и джинсы. Далеко не так прост, как хотел бы казаться.
Парень за стойкой с некоторым негодованием напомнил о себе:
— Ты всех клиентов распугаешь!
— А ты излишне настойчив. Вообще, почему ты наливаешь кофе? Зная тебя, ты легко туда плеснешь что-нибудь покрепче, а лицензии на алкоголь у нас нет.
— Потому что это весело! А мой бар в двух шагах.