Злобная старуха вынула из печи большой чёрный горшок, обхватив его полотенцем, и поставила на стол. Подняла крышку — из горшка повалил пар. Баба Яга взяла поварёшку и налила в суп в три тарелки. После чего села напротив детей, подвинула им миску с булочками:
— А вот теперь и поужинаем!
Рита сглотнула слюни:
— Как вкусно пахнет! Толя, кажется, она нас не собирается есть.
— Не будь так уверена, — шепнул в ответ Толя. — Может, мы для неё слишком тощие, вот и решила откормить.
— Ой, — сказала Рита и отложила ложку, — бабушка, вы будете нас есть или нет?
Морщинистое лицо Бабы Яги исказилось то ли в усмешке, то ли в удивлении:
— Это чего же такое ты спрашиваешь?
Рита почти уползла пол стол в смущении:
— Вы же Баба Яга? — тихо спросила она.
— Ну? Приятно познакомиться.
— Вы же едите детей? — ещё тише спросила Рита.
— Кто вам наговорил про бабку страстей таких? — изумилась Баба Яга.
Рита едва слышно сказала «Он…» и показала на брата.
Старуха уставилась на Толю страшными жёлтыми глазами:
— Я люблю деток, но не есть их, а кормить. Живу я тут в лесу одна, редко людей вижу… Есть грешок. Иногда я забираю из деревень голодных деток и сироток. Кормлю тут до отвала, да обратно уношу. Благодаря Доброму Кощею, у нас теперь много голодных и сироток.
Рита села прямо и схватила ложку:
— Прямо как наша бабушка. От неё тоже не уйдёшь, пока не наешься.
— Повезло твоей бабушке, что у неё заботливая внучка.
Рита застыдилась:
— Ну, мы редко у неё бываем.
— А это вы зря. Бабушка не вечная.
Рита едва сдержалась, чтобы не разреветься:
— Я обещаю, что буду навещать бабушку, когда вернусь.
Толя несмело взял ложку и попробовал суп. Он всё ещё не верил, что эта злая на вид старуха на самом деле не задумала какую-то гадость.
— Откуда ты, мальчик, узнал, что я ем детей?
Толя покраснел:
— Из… сказок…
— Это из каких таких сказок? Из тех, что наш Добрый Кощей рассказывает? Он вам и не такое наплетёт! Слушайте больше.
Голодные дети быстро съели всё, что было в тарелках, а Баба Яга подкладывала и подкладывала новую еду. Из кармана своего фартука она достала круглые очки в погнутой оправе. Их стёкла были мутными и поцарапанными. От того, что бабка протёрла их краем фартука, стёкла чище не стали.