— Ты, говорят, помогала на модном показе? Модельеру Саяо?
— Да. Правда, я не совсем справилась... Но было интересно.
Томбо слегка покосился на Кики:
— Похоже, я стану школьным учителем. Пока что я числюсь как преподаватель биологии на полставки в средней школе. Школа в соседнем городе, не в Корико, но вполне можно доехать на велосипеде. Проработаю так два года, потом нужно будет сдать экзамен, а затем я уже стану настоящим педагогом. Как тебе все это? — Томбо слегка повысил голос.
— Я уверена, ты станешь прекрасным учителем.
— Думаешь? Я рад. Знаешь, у меня в голове столько мыслей вертится! Мне как-то раз разрешили провести занятие у первоклашек в средней школе по соседству с моей. Это-то меня и подтолкнуло. Я же до сих пор любой компании предпочитал насекомых или птиц. Но оказалось, что люди на самом деле гора-а-аздо интереснее! Может быть, потому, что с ними можно разговаривать на их языке. Особенно мне нравятся ребятишки лет тринадцати. Правда, совсем малыши тоже очень любопытные. Они уже начинают кое-что потихоньку понимать и познавать, но у них еще все-все впереди. И в их неведении есть что-то невероятно трогательное, как мне кажется. В детях в раной мере смешаны азарт и беспокойство, мне кажется, в этом я от них недалеко ушел. Эй, Кики, ты меня слушаешь?
Томбо втянул воздух и снова заговорил, не дожидаясь ответа ведьмочки.
— Один мальчик задал мне тогда такой вопрос: «А жуки-носороги могут что-нибудь чувствовать?» Интересный вопрос, правда ведь? Любопытно, где же гнездятся чувства у существа, у которого и сердца-то толком нет. Очень сложный вопрос... Я совершенно не знал, что ответить, мне хотелось сбежать... Но все же выпалил в итоге: «Думаю, есть». И ничего, что я ничем не мог это доказать, я решил, что надо ответить, как душа подсказывает. И тут же схлопотал второй вопрос: «Личинка и имаго – они же такие разные! А чувствуют они по-разному или одинаково?» И снова заковыристый вопрос! В итоге я ответил примерно так: «Мы можем думать, что по-разному, а можем думать, что одинаково, это в любом случае зависит только от вашего собственного воображения. Вы и жук-носорог – каждый из вас свободен представлять другого, как ему заблагорассудится, лишь бы вы уважали друг друга».
Так и сказал. И тогда все зашумели: Разве можно решать за другого, что он чувствует? Разве так можно?» На это я ответил: «Чувства другого существа нельзя увидеть глазами, так что вы вольны представить их себе на свой вкус». Больше мне ничего в голову не пришло. После этого все начали спорить и тараторить просто наперебой. Гвалт поднялся страшный, урок был, по сути, сорван... Кто-то из детей даже заявил, что нельзя быть таким безответственным учителем. Я растерялся...
Томбо развел руками и коротко рассмеялся. А потом заговорил снова:
— Там был еще один забавный паренек. Он сказал, что насекомые похожи на механизмы. Их крылья, их суставчатые ноги – все это так ладно сделано и подогнано, что невозможно не восхищаться. И предложил, то можно было бы перенять строение насекомых, чтобы делать стулья, например, или новые виды транспорта, может быть, даже что-то, что сможет вертикально взлетать.
Знаешь, у всех и каждого порой возникают такие идеи, что хочется воскликнуть: «Эге!» Вот и я хочу изумляться вслух вместе со школьниками. Как замечательно, если так и будет, каждый день! Ну здорово же, Кики?
Томбо повернулся к Кики:
— Ох, Кики, что с тобой? Тебе нехорошо?
Кики сидела неподвижно, уставившись вниз. По ее щекам текли ручейки слез.
— Прости меня, Кики! Я что, сделал что-то не то?
Томбо обеспокоенно глядел на ведьмочку.
Кики молча затрясла головой, встала, размазывая по щекам слезы, развернулась – и вдруг опрометью бросилась прочь.
— Кики! Кики! Да что случилось-то?
Томбо вскочил да так и застыл на месте от изумления. Кики даже не оглянулась, вскочила на помело, прямо на бегу, — и взмыла в воздух.
— Кики! Кики! — несся ей вслед голос Томбо.
Но мало-помалу он остался позади, его зов затих и растаял.
— Одни букашки на уме! — зло прошептала Кики.
Они ведь так давно не виделись, Кики была уверена, что Томбо будет рад ей... Утешит ее, когда она признается, как сильно скучала... Кики столько раз в нежностью представляла себе эту сцену! А Томбо остался в своем репертуаре.
Однако, добравшись до дома, Кики пожалела о своем опрометчивой бегстве. Ей стало стыдно, что она по-прежнему продолжает вести себя как взбалмошная маленькая девчонка.
«Что-то случилось, да?» — Дзидзи пристально посмотрел на Кики с немым вопросом в глазах, но ведьмочка не сказала ни слова, даже ужинать не стала, бросилась на кровать и зарылась под одеяло.
Щелочка между занавесками постепенно посветлела. Кики, так и не сомкнувшая глаз за всю ночь, вяло сползла с кровати и раздвинула занавески.
И застыла от изумления.
На противоположной стороне улицы стоял Томбо! Стоял себе в утренней туманной дымке, окутавшей его.
Кики даже не стала тратить время на то, чтобы обуться, босиком вылетела на улицу. Дзидзи, разбуженный ее топотом, удивленно поднял голову. Томбо молча взял подбежавшую к нему Кики за руку, и они зашагали по улице.