Иная Судьба (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нам надо уходить…

— Куда? — спросил я, поднимаясь на постели, все равно ведь ложе на двоих не рассчитано, приходится моститься, повернувшись и тесно прижавшись друг к другу. И впрямь, что за безумие накатило: сколько часов мы здесь, вдвоем? Очаг вон совсем прогорел, скоро вечерняя прохлада накатит, замерзнет моя богиня…

Накинул хитон.

Она осталась сидеть на кровати, подобрав ноги.

— Пока что не знаю. Но уходить нужно — пока они не заметили моего отсутствия и не обнаружили тебя…

Я кивнул. Подошел, покормил очаг сухим хворостом — дымок заструился в отверстие в крыше веселее, и медные отблески ярче заскакали по ее плечам.

— Они — это… Мом Злонравный? Ты говорила, что он теперь правит в подземном мире.

— Не только.

Ну да, Стикс же говорила, что меня ищут не только друзья. Интересно бы знать, кому этот Кронид еще успел напакостить. Ну, Аполлону так точно, Зевсу — кто знает…

— Мом хочет только власти, мой царь. А те, которых я опасаюсь… они хотят того, что ты делал всегда. Твоей помощи в начинающейся войне. Чтобы ты не промахивался. Забывая, что один удар — одно случайное попадание…

Стало вдруг холодно, и я подбросил еще веток в костер. Накинул поскорее теплую хлену на согнувшиеся плечи, утробно закашлялся. Да уж, боец… Плохо, должно быть, дела в мире бессмертных, если они ищут такого стрелка, как я. Какой, в самом деле, из меня помощник?

— Что будет, если вдруг? — спросил я, почти не слыша. — Если — попадание? Если я не проживу последних шесть лет?

Она закусила губу, и я понял — зря спросил. Будет — то же, что и у смертных. О чем поется в погребальных песнях, которых уже успел наслушаться: сперва явится Танат Чернокрылый, отсечет пряди безжалостным клинком, Мойры перережут непрочную нить смертного… потом — прямо по тропе, куда поведет Душеводитель Гермес, к Стиксу, ко дворцу Владыки Мома… который определит мне загробную участь. Интересно, какую? Может — вечное забвение на полях цветущих асфоделей. За время моих скитаний мне как-то думалось — это не так уж и плохо. Куда лучше, чем не иметь возможности согреться, и задыхаться от кашля, и бояться, что тебя нагонит прошлое, о котором ты не помнишь, но о котором догадался. Думалось — забыть бы захлестывающие черные воды, которые так и мелькают в снах, и трясущиеся пальцы, и ломоту в пояснице, и постоянные, невесть откуда взявшиеся кошмары…

Иногда не-жизнь лучше, чем жизнь. Особенно если тебе нечего особенно помнить.

Теперь все иначе, конечно. Ее я забывать не хочу.

— Они… они готовы сделать так, чтобы ты опять пожертвовал собой, потому что смертному идти туда… туда, на Флегры… они готовы жертвовать — а я нет. Пусть они ищут других лучников, а мы уйдем. Я отдам тебе шлем невидимости… найду, где скрыть тебя, нужно будет подождать только шесть лет, и никто из них… никто из них…

Прорвало все-таки. Я смотрел с недоумением, как она стискивает кулаки, как задыхается, даже глаза слезами сверкают. Не понимал — о чем она говорит, кроме того, что, кажется, теперь мне и друзей нужно остерегаться. Или кого там — родичей? Ну, значит, и их тоже. Значит, теперь — быстро собрать немудреный скарб: отыскать лук, который где-то то ли в сарае, то ли в кладовой, взять сумку, посох — спина болит, опираться придется… Сказать — веди, моя Ананка, чего уж. Я три года скитался, проскитаюсь еще шесть, скажешь под невидимостью — буду под невидимостью. С Ананками не спорят.

Только сначала успокою ее — скажу: не бойся ты так, главное — не плачь. Конечно, мы подождем, и никто нас не найдет…

В дверь постучали. Странно, что Аргус голос не подал — мелькнуло в голове торопливо. Персефона подхватилась на кровати, заворачиваясь в одеяло, обрисовала губами — не открывай…

Я и сам не собирался. Повернулся, взглянул на серебристый шлем, лежавший на столе — как, выручит, скроет ли под невидимостью двоих?

Второго стука не было. Только из очага вдруг выметнуло сгусток пламени — будто расцвел диковинный цветок. Скрывавший девушку в середине.

В руках у девушки был сосуд, волосы пылали — будто от пламени, а по носу разбежались мелкие и яркие укусы огня — конопушки.

— Фух, — сказала девушка. — А я вам вот нектара принесла. Хотите?

Поставила на стол сосуд и мимоходом просияла улыбкой на весь огородничий дом.

— Радуйся, брат.

— Э-э, — сподобился я в ответ. Помимо воли поближе к двери дернулся. Не знаю, может, у этого Кронида каждый день на глазах из очагов женщины выходили — у огородников и лучников с этим делом хуже.

С меня на сегодня одной зеленоглазой невидимки хватит.

Ананка моя, к слову, стоит настороженно и смотрит хмуро.

— Гестия. Кто еще знает, что мы здесь?

— А кружки где-нибудь есть? — осведомилась улыбчивая и недоуменно покрутилась вокруг. — У тебя хороший дом, брат… Нет, где я — никто не знает, а где ты — тоже, кажется. Ну, может, если только Гера — она тоже умеет слушать очаги — но они с Ифитом ведь где-то на другом Состязании, так что вряд ли.