Вспоминая свой собственный опыт общения с Фридмундом, она могла только посочувствовать подруге. Чтобы вытерпеть его шутовские замашки, нужны не нервы, а стальные канаты.
Ужас какой: Фридмунд! Всеотец, спаси и сохрани!
— А? Что? — Пока девушка переваривала новость, курсантки продолжали оживленно общаться.
— Я говорю, что, пока вы все вздыхаете в подушку о Дроне, Тэфи встречается с настоящим мальчиком. Пусть даже и с Фридмундом, — повторила Гвен.
— Я не вздыхаю в подушку о Дроне!
— И я, — робко напомнила о себе Лакшми, но на нее никто не обратил внимания.
Гвендолен показала острый язычок:
— Тогда о ком ты мечтаешь? О Хельге?!
«Начинается! — Альдис почувствовала, что снова звереет. — И ты, Гвен?!»
— Слушай, я понимаю, что это не наше дело, — вмешалась Гурда. — Но все-таки что между вами произошло? Ты прямо невменяемой становишься, когда слышишь его имя.
Остальные девчонки замолчали, даже Гвен прекратила подначки. Все вопросительно смотрели на нее. Альдис почувствовала себя в ловушке.
«Боги, избавьте меня от этого разговора», — взмолилась курсантка. Но боги, как всегда, предпочли не вмешиваться.
— Ну… Лакшми рассказывала, что он сделал в пещере?
— Рассказывала. Я понимаю, можно обидеться. Но это ведь не конец жизни, так? Почему ты не можешь просто забыть?
— Потому что…
«Потому что он заставил меня довериться и обманул. Потому что я потом еще долго чувствовала себя дурой. Потому что он — подлец. Потому что он мой напарник».
Потому что потому.
Трудно объяснить то, что чувствуешь нутром. Хельг — подлец. Подлец, который умеет оставаться чистеньким. В том, что нападение сегодняшних четырех придурков — целиком его идея, сомневаться не приходится. Но ведь попробуй докажи.
На помощь пришла Лакшми:
— А я сегодня получила у Мурены дополнительные баллы. И она нас похвалила!
Прозвище Мурена настолько прочно прилипло к сержанту Кнутсдоттир, что даже Альдис иногда, забывшись, называла так ротную.
— Не напоминай, — помрачнела Гурда.
— Почему?
Альдис тоже удивилась. Сегодняшнее задание Сигрид можно было отнести к «условно простым»: подъем в связке по отвесной скале. Они уже не раз проделывали подобные упражнения на более простых трассах, так что даже Накамура с Сольвейг почти не ругались. Полувзвод Томико успел четвертым, и пусть призовые баллы полагались только первым трем пятеркам, это все равно огромное достижение.
Прямо можно даже поверить, что они способны работать вместе.
— Мы были последними, — убитым голосом призналась Гурда.
— Как так? Почему?
Гурда — и вдруг последняя?
Хотя… если вспомнить общую динамику…
В памяти всплыли результаты последних недель. Удивительное дело: полувзвод Гурды всегда плелся в конце списка вместе с другими неудачниками. И частенько делил с командой Накамуры почетное последнее место.