И он решительно прошел через траву к маленькой голой площадке, за которой начинался узкий перешеек.
— Вы двое идите сзади. Первым пойду я, за мной — Хрюшка. А копья держите наготове.
Хрюшка напряженно вглядывался в светящуюся пелену, завесившую от него весь мир.
— Здесь не опасно? Обрыв? А то, я слышу, прибой…
— Иди ближе, не отставай.
И Ральф двинулся к перешейку. Под ногу попался камень, Ральф пнул его, и тот с плеском исчез в воде. Слева от Ральфа море, отсасываясь, глубоко опустилось, и внизу, футах в сорока, обнажилась красная квадратная плита, покрытая водорослями.
— Я не упаду? — Хрюшка трепетал. — Мне ужас как…
Наверху, среди нагромождения глыб, вдруг раздался клич, подхваченный дюжиной голосов.
— Дай мне рог и не двигайся.
— Стой! Кто идет?
Ральф запрокинул голову и мельком увидел смуглое лицо Роджера на вершине.
— А ты что, не видишь, кто идет? — крикнул Ральф. — Не валяй дурака!
Он приставил рог к губам и начал трубить. Один за другим появлялись раскрашенные до неузнаваемости дикари и осторожно пробирались по выступу к перешейку. Они несли пики и, сходя с выступа, выстраивались, готовые защищать вход. Ральф продолжал трубить, не обращая внимания на Хрюшкины страхи.
— Не подходи! Понял? — закричал Роджер.
Наконец Ральф отнял от губ раковину и перевел дух. Первые слова прозвучали сдавленно, но его услышали.
— …созываю собрание.
Дикари на том конце перешейка зашептались, но не сдвинулись с места. Ральф сделал два шага вперед. За спиной он услышал умоляющий шепот:
— Не бросай меня, Ральф.
— Стань на колени, — сказал Ральф уголком рта, — и жди, пока я вернусь.
Он дошел до середины перешейка и остановился, разглядывая дикарей. Краска освободила их от всех условностей, и они не постеснялись перевязать волосы на затылке; смотреть им было гораздо удобнее, чем Ральфу. И он чуть было не сказал, чтобы они погодили минутку, пока он тоже перевяжет волосы. Но это было невозможно. Дикари хихикнули, и один издалека замахнулся на Ральфа своим копьем. Роджер убрал руки с рычага и, наклонившись над обрывом, посмотрел, что происходит внизу. На перешейке косматые головы мальчиков плавали в черном пятне теней. Пригнувшийся Хрюшка казался сверху бесформенным мешком.
— Я созываю собрание.
Гробовая тишина.
Роджер поднял камешек и бросил его вниз между близнецами, но так, чтобы не попасть. Оба они вздрогнули, и Сэм чуть не упал. В теле Роджера забил источник прежде неведомой силы.
— Я созываю собрание, — громко повторил Ральф. — Где Джек?
Среди мальчиков произошло какое-то движение, они совещались. Одно из раскрашенных лиц повернулось к Ральфу, и послышался голос Роберта:
— Он на охоте. И он велел нам тебя не пускать.
— Я пришел поговорить насчет огня, — сказал Ральф, — и насчет Хрюшкиных очков.
Группа стоявших перед ним мальчиков сдвинулась плотнее, и оттуда понесся смех, легкий, взволнованный, зазвеневший эхом среди высоких скал.
— Что тебе нужно? — раздался голос сзади. Близнецы шмыгнули мимо Ральфа и стали между ним и входом в Скальный Замок. Ральф быстро обернулся. Джек — его можно было узнать по росту и рыжим волосам — подходил со стороны леса. По обе стороны от Джека, пригнувшись, шли еще два охотника. Все трое были раскрашены черной и зеленой краской. Позади них в траве лежала обезглавленная и выпотрошенная туша свиньи.
— Ральф! — взвыл Хрюшка. — Не бросай меня!