Песня Печали: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я не хочу никакой выгоды от наркотика, убившего моего отца.

Веспус фыркнул, словно расстроился.

— Тогда наши дела будут завершены, когда я получу землю.

Желчь подступила к ее горлу, Печаль опустила подбородок к груди.

Как только Мелисия узнает, что Веспус выращивал альвус, источник Звездной воды, она снова объявит войну Раннону — у нее не будет выбора, ведь будет казаться всей Лэтее, что она была с ним заодно, хотя королева такого не хотела. Королева Риллы знала, для чего он хотел землю, и если Печаль ее предоставит, она будет союзницей для него и его дела.

Но если она раскроет Веспуса сейчас, не убрав кости, она раскроет и себя. Будет восстание. Хрупкий мир восемнадцати лет рассыплется вместе с ее властью.

Так или иначе, будет война.

Если Печали нужно было выбрать что-то одно, она бы выбрала честность. Она бы позволила пленить ее или изгнать. Еще было не поздно. Никто другой не должен страдать.

Печаль выпрямила спину, решила сказать ему, что все кончено. Что она уходит. Что он может рассказать миру о том, что знает, а она примет последствия. Одна.

Как он и сказал, власть была симбиозом. Это работало в обе стороны. Подняться или пасть вместе. Она выбирала пасть.

Она кашлянула, и Веспус повернулся к ней с настороженным взглядом. Но тут за ней открылась дверь.

Женщина без возраста, какими и казались взрослые рилляне, прошла в комнате. Она была высокой, бледной, как свартанка, ее волосы были каштановыми волнами, мягко ниспадающими до подбородка. Ее красота была угловатой и ледяной, было что-то холодное и бездонное в ее больших ореховых глазах, напоминающих Печали насекомое.

Она перевела взгляд с Печали на Веспуса и закрыла за собой дверь.

— Это Таасас, — указал Веспус на женщину. — Моя жена. Таасас, это женщина, чьему дому и земле мы многим обязаны. Ее великолепие, Печаль Вентаксис, канцлер Раннона, — Таасас подошла к Веспусу, и он обвил ее рукой. — Таасас все знает. То есть — все-все. Не нужно стесняться при ней.

— Думаю, я помешала, — сказала Таасас. Ее голос был ниже, чем ожидала Печаль, музыкальный голос рассказчика, но что-то в нем вызывало дрожь на коже Печали.

Веспус пронзил Печаль взглядом.

— Да. Что ты хотела сказать?

Печаль посмотрела на них и взяла себя в руки.

— Что с меня хватит. Говорите людям, что хотите. Я не буду в этом участвовать.

Веспус и Таасас переглянулись, и Таасас заговорила. Ее голос был низким и бодрым:

— В Рилле у нас есть игра, которую все любят, в которую развлекаются после ужина. Она называется Проблема кареты. Слышала о такой?

Печаль покачала головой. Что это было? Сердце грохотало в ее груди. Эта женщина пугала так, как не пугал Веспус.

Веспус встал, прошел мимо нее к столу, зачерпнул землю из мешка и опустил в большой горшок, пока Таасас продолжала:

— В игре ты — кучер кареты, где находятся важные для твоего мира люди. Скажем, врач, который изобрел лекарство от смертельной болезни. Ученый, почти понявший законы вселенной. Филантроп, знания которого могут убрать преступления и бедность. А еще… может, там вице-канцлер, верность которого ни с кем не сравнить. Любовник, заботящийся только о тебе, который сделает все, что попросишь, какой бы ни была цена. И девушка, надежная лучшая подруга. Незаменимые люди.

Волоски на руках Печали встали дыбом, холод змеился под ее кожей. Она знала, о ком говорила Таасас.

Ее раннонский был безупречным, почти без акцента. Если бы не ее острые уши и белизна кожи, она сошла бы за местную. Где Веспус ее нашел?

— Ты ведешь карету, но на дороге вдруг появляется развилка. Нет времени остановить лошадей. Поворот налево приведет карету к обрыву, убив тебя и пассажиров. На дороге справа играет веселый ребенок, перекрывает путь. Пассажиры не знают об опасности. Если ты поедешь направо, переедешь ребенка, и он даже не успеет заметить тебя. Но важные люди выживут. Если повернешь налево, то и они, и ты умрут.

Веспус нежно взял с подноса саженец и поднял его. Растение было хрупким, стебелек еще просвечивал, но корни уже были развиты. Печаль не могла отвести от него взгляда, а Таасас шагнула ближе, продолжая:

— Один ребенок. Или весь опыт и знания. Вся верность.

— Ребенок может вырасти и превзойти всех в карете, — голос Печали был почти таким же низким, как у Таасас.