— Печаль? Ты там? — голос был приглушен толстым деревом, но узнаваемый.
— Иррис. ИРРИС! — закричала Печаль, подбежала к двери и заколотила по ней ладонями. — Мы тут.
— Отойдите, — крикнула Иррис.
Печаль и Расмус послушались, и что-то большое врезалось в дверь.
— Аркадий, — прошептала Печаль, невольно улыбаясь.
— Аркадий тут? — спросил Расмус.
— И Лувиан.
Дверь дрожала не петлях, и они отпрянули еще на шаг.
Он точно был не в состоянии выбивать двери, но это его не беспокоило — от его следующей попытки петли не выдержали, и дверь повисла на них, открывая Иррис, Аркадия и Мэла.
— Расмус? — сказала Иррис. Аркадий смотрел на них, щуря опухшие глаза. Бедный Мэл растерялся. — Что ты тут делаешь?
— Веспус перехватил письмо, — быстро объяснила Печаль. — Он сковал нас тут. Откуда вы узнали, что я была тут?
— После взрыва стражи нашего крыла не выпускали меня. Они сказали мне идти к свои покои и ждать, но я пошла к тебе. Когда я увидела дверь гардеробной открытой, я решила, что ты пошла по тайному проходу, и я позвала Мэла и Аркадия, и мы пошли туда.
— Как вы пробились сквозь шипы? — спросила Печаль.
— Какие шипы?
Печаль посмотрела на Расмуса, кусая губу. И шипы, как все растения в спальне, вдруг отступили…
Это были плохие новости для Веспуса.
— Что взорвалось? — спросил Расмус.
— Не знаю. Но вряд ли нам стоит задерживаться.
— Мы можем уйти через крыло послов. Тут нет стражи, — сказала Печаль и замерла. — Стойте.
Она поняла, что это может быть ее последний шанс, пробежала в кабинет и принялась рыскать там.
— Печаль, что ты делаешь? — осведомилась Иррис. — Нужно уходить. Он может вернуться в любой миг.
— Противоядие, — отчаянно сказала Печаль. — Оно может быть тут. Маленький флакон с зеленой жидкостью. Помогите!
Иррис, Расмус и Мэл присоединились к ней, рылись в выдвижных ящиках, пока Аркадий стоял на страже.
Печаль ничего не нашла, стала проверять одежду в шкафу, смотрела в карманах и в обуви. Наверху была полка, и она подпрыгнула, пытаясь понять, есть ли там что-то, вытянула тонкую папку, скрытую сзади. Она быстро заглянула, там мог упоминаться рецепт противоядия.
Но она увидела имя Мэла.
Там были и письма Веспусу, дата на них была пятилетней давности, и Печаль могла прочесть только это в мелких риллянских словах. Не почерк Веспуса. Кто-то писал ему о Мэле.
Она перевернула письмо и заметила внизу подпись «Белисс».
Другие были записями Веспуса, насколько поняла Печаль. Она узнала только имя Мэла. До последней страницы, где она увидела свое имя, с силой вычеркнутое.
Волоски на теле Печали встали дыбом, она поняла, что могли содержать бумаги.
Правду о Мэле.