— Кирюш, я с ними даже ни разу не разговаривал! Мне ни к чему, я им не приятель, они мне не подчинённые!
— А с кем ты разговаривал? Кто за полгода тебя обо мне спрашивал?
Марек тяжело вздохнул, припоминая:
— Шокер спрашивал. Два раза. Первый раз буквально сразу после того, как ты сюда перебралась. Спрашивал, как ты, какие у тебя планы. Я ответил, что ты решила уйти на изнанку, потому что тебе надо начать всё с чистого листа. Второй раз он по осени спрашивал. Как твои дела, не выбираешься ли ты на поверхность, какими каналами пользуешься. Я ответил, что у тебя всё хорошо, ну и не стал ничего говорить про твой контракт с департаментом, сказал, что на поверхность ты принципиально не выходишь.
— Ну, тогда напрягись и вспомни, что ты ляпнул про замужество.
— Да ничего я не ляпал!.. — возмутился Марек и осёкся. — А, да, точно… Шокер потом посетовал, почему же ты так всё резко порвала. Я, честно говоря, разозлился на него и рявкнул, что ты на поверхности ничего не забыла, и вообще девчонке замуж выходить, поэтому старое бередить ни к чему. Я имел в виду… кхм… стратегические планы на жизнь, так сказать. Если он понял буквально, я не виноват… Или виноват? А, систер?
— Нет, бро, ты ни при чём, — я обняла его и поцеловала в щёку. — Ладно, что ж теперь… Хорошо, что меня увидели Скай и Лис, всё-таки свои люди. Хуже, если бы это оказался, например, Альдон.
— Вот не поминай чёрта, — нахмурился Марат и снова взял банку с пивом. — Ну, я пойду, матч ещё идёт…
Он пошёл к двери, взялся за ручку и обернулся:
— Кстати, он мне нравится.
— Кто?
— Михаил.
— Нравится — женись, — фыркнула я.
— Нет, я серьёзно. Я тебе, как старший брат, плохого не посоветую. Спешить, конечно, ни к чему, но ты к нему присмотрись. Хороший парень.
— Конечно, хороший. Будет тебе с кем пивка дерябнуть и футбол посмотреть. Вот я и говорю, нравится — женись.
— Кирюш…
Я повернулась и взглянула брату в лицо.
— Марат, я не представляю пока, какой нормальный парень, даже неважно, хороший или не очень, способен будет переварить правду обо мне, о поверхности и о каналах.
— Надо проверить, — пожал плечами Марек. — Только так и узнаешь. А если этот рыжий ещё и переварит, хватай его, не задумываясь.
— Отстань, бро. Ты очень далеко заглядываешь. Пока он считает меня проводником на железной дороге.
Марек аж пивом захлебнулся:
— Тебя?!.. На железной дороге?!.. Господи, он хоть ездил разок в поездах-то? Проводниц видал когда-нибудь? Где ты и где железная дорога?!
— Ну, не знаю. Вслух не сомневается. Я сказала, будто бы я раньше работала там постоянно, а сейчас меня иногда вызывают на замену… Да и не нужно мне сейчас никого хватать, мне и так нормально. Ты ещё будешь за меня строить мою жизнь! Не вздумай!
— Я понимаю, что ты всё ещё скучаешь по Йану…
— Бро, ты ничего не понимаешь! — оборвала я его. — Иди смотри футбол. Не мешай мне, буду вам обед готовить.
Тут дверь в кухню толкнули с той стороны, и в щель просунулась рыжая голова.
— Ребята, вы тут в порядке? Кто-то кого-то бить собирался, а тишина…
— Я передумала.
Марат задумчиво посмотрел на Мишу, потом на меня и проговорил:
— Миш, а если бы тебе сказали, что Кира — не от мира сего, а совсем из другого измерения, вот что бы ты подумал?