— МакАлистер, ты че такой серьезный?
Красная двадцатка на дисплее сменилась цифрой девятнадцать, теперь лифт достаточно далеко от крыши. Человек с бейджем «МакАлистер» на груди резко отпустил вакуумную ловушку, заставив другого охранника охнуть и наклониться вниз под ее тяжестью. Короткая автоматная очередь прервала его жизнь быстрее, чем он успел хоть что-то понять. Впрочем, он и при жизни умом не отличался.
Эдди наступил на стеклянную колбу жестким военным ботинком, размахнулся и прикладом автомата расколол ловушку. Хорошо, что у Мстителей не было времени поискать что-то попрочнее.
Веном оплетал его ногу, врастая в плоть быстро и неумолимо. Воздух наполнился ярким запахом крови, за пределами шахты лифта появились ранее неразличимые звуки, по лестнице за стеной бежали восхитительно-живые люди…
— Уходим, — сказал Эдди, нажал на кнопку экстренной остановки лифта и раздвинул двери руками, вмяв их в стены.
— Уходим? Да я только Халка распробовал!
Эдди ничего не ответил, и симбиот в замешательстве замолк. С тех пор, как он был частью этого человека в последний раз, что-то изменилось и его знаний о человеческой природе не хватало, чтобы понять, что именно. Чувство ярости, которое так роднило их, теперь хранилось где-то на задворках сознания его человека. Все пространство психики заполняла непроглядная тяжелая тьма.
Веном не был знаком с чувством глубокой печали.
***
В жизни Тони Старка было много неловких встреч. В основном это были встречи с бывшей любовницей в тот момент, когда он стоял под руку с нынешней. Но если бы он вел рейтинг, встреча с Ником Фьюри в лаборатории три дня назад занимала бы почетное место где-то в пятерке лидеров. И не потому, что они упустили пойманного и беспомощного Венома, о существовании которого Фьюри прекрасно знал, а потому, что перед этим Веном выкосил половину Мстителей и, кажется, даже не вспотел. Фьюри смотрел на Старка своим единственным глазом так, будто он в составе «S.H.I.E.L.D» закручивает симбиотов по банкам каждый уикэнд, а Мстители даже с такой мелочью справиться не в состоянии.
Встреча с Питером Паркером через несколько дней после того, как его наполовину сожрал симбиот, уверенно лидировала в рейтинге, и едва ли что-то сможет сместить ее с первого места до самой смерти Тони Старка. Впрочем, Питеру об этом знать вовсе не обязательно.
Брюс снял его с аппарата искусственного дыхания всего пару часов назад, до этого боялся, что легкие откажут. Но Паучок оказался крепче, чем предполагал Беннер. И гораздо крепче, чем предполагал Старк. Будь он проклят если еще раз попытается сломить волю, которая сломила Венома. С костюмом или без, Питер будет делать то, что считает правильным или умрет, пытаясь.
Тони должен признать, что ошибался в нем. Если не в слух, то хотя бы себе самому. Питер Паркер никогда не нуждался в опеке, только в признании. И доверии.
— Как ты? — спросил он, закрывая дверь в собственную спальню. Пришлось уступить ее на несколько дней Питеру, Брюсу и целой команде медиков. Последние перестали сновать туда-сюда через апартаменты Старка совсем недавно, когда Беннер объявил, что опасности для жизни больше нет, как и необходимости в постоянном контроле состояния пациента.
Несмотря на продолжительное молчание, Тони точно знал, что Питер не спит. Потому что он не спал со дня битвы с Веномом. Уговаривать его отдохнуть было бесполезно, Питер бодрствовал не специально — просто не мог расслабиться, слишком боялся уснуть и проснуться уже не собой. О снотворном ни Брюс, ни Тони даже заикаться не смели после всего, что произошло. Питер восстанавливался гораздо быстрее обычного человека, но все же медленнее, чем мог бы, если бы отдыхал. Отсутствие сна замедляло регенерацию и перегружало нервную систему.
— У меня болят даже мысли, — не открывая глаз прошептал Паркер.
Выглядел он даже хуже, чем в первый день, когда Брюс принес его сюда. Разорванные сосуды медленно возвращались в норму, оставляя по всему телу столько кровоподтеков, что хватило бы на целый чемпионат по боям без правил. На фоне белых простыней и больничной пижамы его лицо и руки ярко выделялись всеми цветами от желтого до фиолетового.
— Брюс сказал, лазарет разрушен, — продолжил он все так же тихо. — От меня одни убытки, да?
Тони подошел ближе, мерное жужжание механизмов сопровождало каждый его шаг. Несмотря на все уговоры Пеппер остаться в постели хотя бы на день, он модифицировал запчасти от старых Марков, превратив их в подобие экзоскелета для своих ног, чтобы снизить нагрузку на поврежденные мышцы и иметь возможность свободно передвигаться. Пеппер осторожно предложила ему мобильное кресло всего единожды и следующие полчаса, не выпуская из рук паяльник, Тони возмущенно доказывал ей, что он Мститель, а не Икс-мен. И что глупо пользоваться избитыми решениями, когда ты так одарен в робототехнике.
— Померимся, кто больше накосячил? — усмехнулся Тони, тяжело опускаясь на кресло около кровати.
Питер открыл глаза, сосуды в них полопались и белки полностью заплыли кровью. Старк выдержал этот мрачный взгляд.
— Ты победил, — буркнул Питер и снова закрыл глаза, но теперь стало слышно, что он задышал глубже и явно не потому, что успокоился.
— Ура, — безрадостно протянул Тони, завернув в это короткое слово и сожаление и сарказм.
Питер резко выдохнул и сжал зубы. Он повернул голову к Тони и снова посмотрел на него своими жуткими темными глазами.
— Когда к тебе приходит парень, называет себя богом и говорит, что у него в мифическом Асгарде проблемы — все нормально, — начал он тихо, но уверенно. — Парень, который семьдесят лет пролежал в заморозке рассказывает о секретной организации, пережившей вторую мировую войну — и это совсем не попахивает паранойей и посттравматическим синдромом, — продолжил он уже громче. — Когда тридцатипятилетняя русская шпионка нанимается на работу, к ней вообще вопросов нет!
— Ты определенно идешь на поправку, — откинувшись в кресле и поглаживая бороду, проговорил Старк. Такая пламенная речь не под силу умирающему.
— Но когда кто-то, кому всего шестнадцать, рассказывает о симбиотической личности — это полная херня и наркотический бред, — закончил Питер, сжимая ослабевшие пальцы в кулак. — А теперь попробуй мне сказать, что твой кредит доверия никак не коррелирует с возрастом.
Видимо, его все-таки замутило от слабости. Питер качнул головой, снова закрыл глаза и откинулся на подушку, тяжело дыша.
— Уже нет, — спокойно сказал Тони. Он услышал, как Питер сделал вдох и длинный выдох. Старк подался вперед и положил свою ладонь поверх все еще сжатого кулака Питера.
— Я больше не подведу тебя, — сказал Тони. — Обещаю.