Обострение (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

========== нежности, ==========

***

Это был шок. Абсолютный, всепоглощающий и совершенно непередаваемый. Безусловно, этот день только что взлетел на вершину топа неловких ситуаций Питера Паркера. Сердце зашлось от испуга, Питер охнул и отступил на шаг назад, в замешательстве глядя прямо перед собой, не в силах поверить собственным глазам. Перед ним стоял мистер Старк. Во плоти. Стоял, скрестив руки на груди, и невозмутимо глядел в перепуганные глаза Питера, который моментально выпрыгнул бы в окно, если бы оно было в этой злосчастной ванной.

Нервно выпучив глаза, он внезапно севшим голосом просипел:

— Что Вы здесь делаете? Дверь была закрыта! — под конец Питер уже вполне себе уверенно говорил, но панические нотки никуда не исчезли.

— Серьезно считаешь, что в этом месте можно хоть где-то от меня закрыться? — насмешливо спросил Старк и вздернул аккуратную бровь, выразительно постучав пальцем по очкам.

— Да какого?.. Зачем Вы вообще сюда вошли? — мигом растеряв всю браваду, Пит прикрыл заалевшее лицо, тщетно пытаясь скрыть стеснение. И, похоже, возникновение волнующих и таких смущающих мыслей о наблюдающем за ним мистере Старке снова начало распалять только-только схлынувшее возбуждение. Откровенно говоря, дело дрянь.

— Смеешься? Сутки назад ты почти замертво упал в моей мастерской, а сорок минут назад ты сначала снова перестал дышать, начал странно себя вести, а потом в панике сбежал в ванную! Откуда мне было знать, что ты не сбежал сюда, чтобы втихую утопиться без лишних глаз?! И кстати, ты сам сказал, что первые дни после приступа ты как истеричка, а это как раз предполагает подобные, несомненно, глупые поступки, — недовольно заключил ничуть не сбитый с толку Старк.

Отняв ладонь от пылающего лица, Паркер обескураженно уставился на мужчину, который, кажется, совершенно не был смущен сложившейся ситуацией.

— Ну, допустим, Вы убедились, что я не пришел сюда топиться! Какого х… Какого черта Вы не вышли отсюда сразу же?! — почти зло выплюнул Питер, не зная, куда деть себя от мандража. — И вообще, Вы что, вот прям сразу вошли?

— Ну почти, — сознался Тони, пожав плечами, затянутыми в простую черную футболку. Очень обтягивающую черную футболку, стоит уточнить.

Питер замер, почти облизывая глазами Старка, пока в голову не пришло, что выглядит это, должно быть, ужасно стремно — он, дрожа и не моргая, обводит ошалелым взглядом каждый гребаный сантиметр тела стоящего напротив мистера Старка. Зажмурившись, дабы перевести дыхание и хоть немного прийти в чувство, он отступил на шаг назад. На всякий случай. Себе он сейчас не особо доверял; складывалось стойкое ощущение, что Питер способен в приступе либо агрессии, либо чересчур острого возбуждения, преодолеть отсекающие его от Старка от силы полтора метра и наброситься на него. А цель и последствия зависели бы уже от причины столь необдуманного шага.

— Как я вообще не заметил? — беспомощно хныкнул, укорив самого себя за невнимательность, и отвернулся куда-то в сторону, чтобы не зацикливаться на том, насколько футболка узка; или как хлопковая ткань нежно очерчивает выпирающие мускулы плеч; или на руках, сложенных на широкой груди; или на том едва заметном во мраке шраме на надплечье, виднеющемся из-за широкого выреза. Или он уже зациклился и все попытки бесполезны.

— Оу, ну, ты был немножко занят, — подавив рвущийся наружу смешок, доверительно сообщил вконец обнаглевший Старк еще больше покрасневшему Питеру, разведя руками.

— Знаете что! — Питер задохнулся от негодования, вскинулся и вперился цепким взглядом в лицо мужчины. — Выйдите, пожалуйста, отсюда, мистер Старк, и дайте мне успокоиться, иначе я не знаю, что Вы будете делать с моими истериками, а то вдруг пойду и с крыши прыгну! Или, на кухне у Вас множество отличных ножей! И еще куча всякой дряни!

Благодаря цепкому взгляду Питер подметил несильно дернувшиеся пальцы мистера Старка, которые чуть сильнее сжали предплечья.

— Воу, парень, все, тихо, — осторожно сдал позиции Старк, — я уйду, принесу тебе чистую одежду, а ты пока иди в комнату и правда постарайся успокоиться, — под неподдельно гневным взглядом Питера он вышел, дождавшись судорожного кивка.

Провожая взглядом широкую спину наставника, Пит медленно переваривал произошедшее. Он только что накричал на Тони Старка. Он. Только что. Накричал. На Тони Старка.

— Я просто умер и попал в Ад, скажите, пожалуйста, что я просто-напросто сдох еще там, в мастерской. Ну, правда, не мог же я дрочить в душе Старка, пока он находился за гребаной стеклянной дверью! — он в бессилии схватился за голову, пытаясь переварить произошедшее.

— Мистер Паркер, у Вас все хорошо? Почему Вы задаете такие вопросы? Вы живы, но, может, стоит вызвать штатного психиатра? — Пятница вроде как с добрыми намерениями, но особой радости не принесла. Значит, он все-таки жив.

— Нет, Пятница, я в полном порядке, никаких психиатров, психологов и далее по списку, — голос сорвался на истеричные нотки, Питер отнял руки от головы и постарался выровнять сбившееся от шока дыхание, только теперь замечая, что злосчастные и насквозь промокшие трусы лежат рядом с ногой, полностью передавая его внутренне состояние. Видимо, выпали, пока он собачился на мистера Старка. Или раньше. Когда он скрепя сердце пытался не пялиться на него же.

Склонившись, одной рукой придерживая полотенце, Питер поднял с ковра трусы, вернулся к душевой кабине и, не сдерживая ни сил, ни эмоций, мысленно ругаясь, принялся отжимать их, пока не услышал характерный треск ткани. Буркнув «Да, сука!», яростно метнулся к мусорке, нажал на педаль открытия крышки и бросил уже непригодный комок, еще днем ранее состоявший в числе любимых трусов, на самое дно металлического ведра, видя в нем воплощение самого себя — мокрого и несчастного. Отмахнувшись от противных мыслей, Питер вышел в комнату и с размаху упал на кровать лицом в подушку, понимая, что вскоре депрессивность схлынет, и он, вероятнее всего, будет в ближайшее время видеть мир сквозь километровую призму радужных очков, пока они с гулким треском не расколются, обнажая всю погань мира, окружающего его, давящего, противного и мерзкого, без возможности хоть как-то эмоционально закрыться. А еще нужно слинять с базы, пока он еще в так называемом «не очень депрессивном» режиме, иначе, натворит какой-нибудь хрени, а потом будет загоняться.

Год назад, после обострения чутья он несколько дней почти безвылазно провалялся в собственной комнате, предаваясь рефлексии, благо, Мэй тогда отчалила на недельку к своей подруге в соседний штат, а Неду он сказал, что приболел — «Да, Нед, мутанты тоже болеют!» — и со спокойной душой прогуливал школу, или залипая в сериалы, или бездумно пялясь либо в стену, либо в окно — зависело от уровня скверности настроения.

И сейчас, вдыхая не выветрившийся с подушки неповторимый и незабываемый запах мистера Старка, он готов был отпинать сам себя за то, что так неосторожно прыгнул на половину кровати, где доселе спал он. Аромат металла, кофе, виски и остаточный флер какого-то явно непомерно дорогого парфюма совершенно невообразимо притягивал его, заставляя вдыхать себя снова и снова, отравляя легкие и заполняя им все мысли.

Видимо, в порыве эйфории Питер задремал, уткнувшись носом в подушку, поэтому не заметил вернувшегося Старка, который сейчас мягко тормошил его за плечо, вырывая из сладкой неги, и что-то говорил. Недовольно насупившись, Пит напрягся, сосредотачиваясь на ощущении сильной ладони на собственном плече, испуганно дернулся, оторвал голову от подушки, привстал на локтях и через плечо, сквозь сонную пелену, устало посмотрел на расплывающийся силуэт; проморгался, чтобы через секунду узнать в нем мистера Старка, когда, наконец, понял, что практически уткнулся носом в костяшки его пальцев.

Вдруг время для него как будто остановилось, — не стало ничего, кроме него и этой ладони, что сейчас так провокационно ощущалась на чувствительной, сохранившей влажность после душа и тронутой незначительным загаром коже, — словно он выпал из реальности, по счастливой случайности прихватив с собой то, что пахло мистером Старком, но гораздо более ярко, чем какая-то там подушка, или случайная вещь, оставленная им в гостиной на журнальном столике, или вообще что угодно. Интуитивно, не отрывая голодного взгляда от крепких пальцев, Питер сильнее изогнул шею, носом прижался к пальцам и глубоко вдохнул запах, тот, о котором он думал, который ощущал, пока ловил его крупицы с мягкой подушки, снова уплывая в забытье. Но долго это продлиться не могло.

В мысли, наконец, пробился уже более громкий и серьезный голос, пытающийся что-то до него донести, и Питер открыл глаза и недовольно посмотрел прямо перед собой — на стопку совершенно незнакомых вещей, лежащих рядом с подушкой. Безразлично хмыкнув, вновь зажмурился, и теснее прижался к пальцам, уже ощущая их щекой, от наслаждения даже приоткрыв пересохшие вмиг губы.

— …Питер!

— Что? — меланхолично ответил, поняв, что от него не отвяжутся.

— Пит, одевайся, хватит витать в облаках.