Парадигма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Желание помочь и чувство вины, что я тут в бирюльки пытался играть с человеком, который мгновенно подавляет себя, чтобы не расстраивать своим раздраженным видом глухонемого ребенка.

Прикусываю губу, убито качая головой и окончательно понимая, что я совершенно не могу разобраться в этом человеке. Некоторое время назад доводившего меня за этим столом до бешенства, а сейчас соболезнующего об этом.

— Она просто немая и это временно. Я так на это надеюсь. Господи, зачем я вообще об этом говорю… — Прикрываю ладонью глаза, мысленно кляня себя последними словами за то, что болтаю лишнее и не могу, тупо не могу взять над своими эмоциями контроль. И чувствую тепло его пальцев на своей руке, с силой сжимающей телефон на столе. Этот жест совсем выбивает из колеи. И меня неожиданно прорывает.

Рассказываю о Катьке, о Лане, без особых подробностей, без истерики. Не открывая глаз и ровным голосом. Впервые вообще. И чувствую, что как будто что-то внутри рассыпалось. Что-то давившее по ночам, иногда не дающее заснуть. Что-то всегда обжигающее холодом, когда я вижу входящий видеозвонок от Ланы. Что-то пытавшееся меня швырнуть в истошный крик, когда я обнимала и гладила по спине задыхающуюся от слез маму, пока мы стояли у могилы моей Катьки… моей такой всегда жизнелюбивой и уверенной Кати…

Мой голос дрожит и тут же гаснет при последних мыслях, и на меня медленно накатывается осознание, как много лишнего я сейчас рассказала совершенного постороннему человеку. Это мгновенно трезвит. Я почти с испугом отнимаю ладонь от лица и гляжу в затягивающие, серьезные и чуть напряженные глаза. Его пальцы сжимают мою ладонь сильнее и я достаточно резко сбрасываю его руку, откровенно пугаясь себя и своих реакций от такого простого жеста. Реакций странных, подло и обманчиво шепчущих в крови, что сейчас, наконец, можно дать волю слезам.

Он не настаивает, молча наблюдает, как я в который раз себя подавляю. И негромко произносит:

— Так понимаю, врачи и занятия для Ланы не бесплатны…

— Мы ни в чьих деньгах не нуждаемся. — Неожиданно грубо для нас обоих обрываю его я, и гораздо более спокойным тоном, с ноткой извинения добавляю, — не бесплатны, разумеется. Но с финансами у нас проблем нет. Иначе я бы себе не позволила кафе, а пахала на двух-трех работах. Александр Михайлович, я не настолько уж бестолковая, как вы считаете. — Пытаюсь улыбнуться, выходит натянуто.

— Я так и не считаю. — А его улыбка, ровная и спокойная получается достаточно искренней, но она обрывается и он снова становится серьезным. — Так понимаю, что жест доброй воли ты не примешь?

— Подачку.

— Что? — его брови изумленно вскидываются.

— Подачку. — Повторяю не отвожу взгляд от кармана его пиджака. Там сигареты. Хочу курить, я уже устала от собственных эмоций и всего этого дебилизма. С трудом отрываю взгляд и холодно добавляю. — Как бедным и угнетенным с барского плеча. Я сама… мы сами со всем справимся и нам не нужна ничья помощь.

— Финансово нет, это я понял и повторять мне не нужно. — Он уязвлен, хоть и старается это скрыть. Как и раздражение в голосе. Но и то и другое у него получается весьма херово. — Но я не и не помогаю финансово. У меня некоторые проблемы были в прошлом, и я… не то чтобы занимаюсь детской благотворительностью, но, в общем, не могу ровно смотреть и стараюсь как бы… Блядь.

Тут уже наступила моя очередь удивляться. Он отвел взгляд, тяжело глядя в окно. Губы твердо сжаты, пальцы несколько нервно постукивают по столешнице и он тут же сцепляет руки вместе, чтобы скрыть это. И я тут прекрасно понимаю, что у этого человека очень редки моменты, когда ему не хватает слов. Эта ситуация именно такая. Только вот почему? Он, на мгновение дольше положенного прикрывает глаза и ровно произносит:

— Я считаю, что хороших людей в жизни мало. Вернее их почти нет. И когда встречаешь такого человека, то долг совести помог… оказать поддержку. Тем более, когда дело касается детей.

— К чему вы клоните?

— Сам не знаю… — рассеянно улыбается и качает головой, не переводя на меня взгляда. — Может быть это сейчас и прозвучит дико. Хотя нет, не может быть, эта реально дико прозвучит, но как насчет того, чтобы территория под твою кафешку стала твоей собственностью?

— То есть купить ее?

— То есть купить. Оль, не надо на меня так смотреть. Я же не деньги тебе предлагаю, а сделку купли-продажи. Знаешь, я очень люблю присказку про голодного и удочку, пусть это сейчас и прозвучит грубо в контексте твоей ситуации. Впрочем, мне кажется, ты тоже придерживаешься таких взглядов на жизнь. Согласишься и дышать легче станет, да и территория перспективна, на самом деле. Без напряга откроешь свою кофейню и прочее, в следующий сезон параллельно кафешку, сквером с весны начнут заниматься, проходимость там уже будет выше…

— Так, стоп. — Хмуро обрываю я. — Вы сами говорили Владимиру о грядущей постройке дома, какие перспективы? Какой сквер?

— На самом деле, я слукавил относительно того, что близ территории будет идти постройка жилого дома. — Фыркнул он, с удовольствие глядя на мое вытянувшееся лицо. — Нет, дом, разумеется, построят. Но не в той части. Там по плану разбивают внушительный сквер и стоимость аренды, как и самой территории, с учетом этого фактора обоснованно повысилась бы, только хряк поднял ее из вредности, а не потому что знал о плане застроя. Так что три миллиона, с учетом грядущих перспектив, это довольно низкая цена. — Он хохотнул, потягиваясь на стуле и все с таким же удовольствием отслеживая мои реакции, — да и вообще, если уж быть до конца откровенным мне и не нужна эта территория. Просто я ненавижу хабалистых и наглых людей, которых пропирает до откровенного хамства, как только им вежливо отвечают. Думаю, воспитанность и терпение они считают признаком слабости. Хряка, как классического представителя вида «быдло обыкновенное», подвида «откровенно мерзкий тип» нужно было проучить.

— А ты… вы откуда план знаете?

— Оль, давай остановимся на «ты», меня от официоза тошнит уже. И обращайся ко мне Саша, а не Александр Михайлович.

— И все же про план.

— У меня куплена доля уставного капитала «Инвестагростроя», дочерней организацией которого является «Сокол» и куплен этот его филиал.

— Филиал юрлица купить невозможно, — усмехаюсь и испытывающее смотрю на него, довольно прицокнувшего языком и широко улыбнувшегося.

— Вариант продажи филиала как предприятия — прекрасный способ обойти сей острый момент. — Склоняет голову, внимательно глядя мне в глаза. — К тому же с учетом прав из-за доли «Инвестагростроя»… Если вкратце, то там свои заморочки, но это реально. Я этим и воспользовался. Я ответил на твой вопрос, откуда знаю план застройки, которлй будет заниматься моя фирма? — Негромко смеется, наблюдая мое неудобство. — Этот кусок земли я месяцев пять у муниципалитета выцыганивал. В тот день приехали на объект решить пару вопросов. Те трое, от которых я умолял тебя меня спасти — мои подрядчики. Согласившиеся подождать, пока я поприветсвую старую знакомую. Ну, это я им так сказал. На самом деле, пока шли к парковке я от тебя взглядом отцепиться не мог. И решил двинуть спектакль, в котором ты дала просто очаровательные реакции.

— Пошла романтическая атака? — даже не скрываю, что последнему абсолютно не верю, но Зорин прекрасный стратег и при моей весьма скептичной улыбке, поднимает руки, мол, сдаюсь.

— Что-то вроде этого. Очевидно, рановато я в бой, да? — Усмехается и откидывается на спинку стула, — Тогда вернемся к вопросу с территорией и твоей кафешкой. Есть некоторые аспекты…

— Есть. — Согласно киваю я. — У меня нет трех миллионов.