— Заглядывайте еще, — улыбнулась на прощание рыжая.
Игорь хлопнул дверью — и едва не столкнулся с невысокой девушкой, шагнувшей ему навстречу.
— Надо же! — с радостью воскликнула она, и в этой чрезмерной радости послышалась некоторая натужность. — Это вы?
18. Инженер человечески душ
Игорь поднял глаза и не сразу понял, кто перед ним.
— Мое почтение, — буркнул Игорь. Против обыкновения, он даже не пустился с места в привычный галоп кокетства, как непременно сделал бы в любой другой ситуации.
Казалось, и девушка пыталась скрыть замешательство и после первой фразы словно бы не знала, о чем говорить.
— Вы не поверите, но я как раз думала о вас, — проговорила Даша. — Шла и думала…
— Вот как? — Он сделал видимое усилие, чтобы взять прежний, привычный легкомысленный тон. — И что же вы обо мне думали? Надеюсь, что-то очень хорошее!
— Не скажу! — В голосе девушки зазвучала игривость. — Думала — и все. Разве этого недостаточно?
— Смотря для чего.
Оба они замолчали, разглядывая друг друга.
Такая скромненькая, усмехнулся про себя Игорь, такая целомудренненькая: с виду и не скажешь, на что способна. Распахнутые глазенки. Пухленькие губки. Он против воли вообразил, как она до крови кусала эти губки, когда рожала мертвого ребенка.
— Ну что ж, — сказал Игорь, — рад был повидаться. Мне пора.
— Вы спешите? — спохватилась девушка.
— Дела, — уклончиво отвечал он. — Я хотел поработать сегодня… за письменным столом. Записать кое-какие мысли.
— Так вы домой?
— Именно.
— Знаете, нам по пути. Я как раз в ту сторону направляюсь. Не возражаете, если я составлю вам компанию? Заодно и город немного покажу, как в прошлый раз обещала.
Игорь удивленно воззрился на собеседницу. Совсем недавно она руками и ногами отталкивала его от себя, всеми силами и средствами давая понять, что тяготится его обществом. А теперь вот сама набивается на общение. С чего бы такие перемены?
— Но, по-моему, вы шли на почтамт, — напомнил он.
— На почтамт? — удивилась Даша. — Ах, да… Папа просил конверты взять. Без конца пишет и пишет своим однополчанам. Скучает по военному времени.
Игорь смотрел на ее нервно подрагивавшие ресницы.
— Ладно, — решился он, — покупайте свои конверты, и пойдем. Только если вы и на этот раз бросите меня посреди улицы, пеняйте на себя!
Даша благодарно улыбнулась и впорхнула в помещение телеграфа. Сквозь стеклянную дверь Игорь видел, как она торопливо расплачивается с рыжей телеграфисткой. Телеграфистка, слюнявя пальцы, отсчитывала конверты и то и дело взглядывала из-за плеча Даши на Игоря — так смотрят убежденные патриоты на врага народа, не иначе. Она была оскорблена в лучших своих чувствах. Ничего себе, гад какой: только что щебетал по телефону с московской пассией, клялся в любви, а теперь вот, не успел за порог ступить, заигрывает с первой попавшейся юбкой.
Тьфу на вас, мужики, все вы такие! — было в этот момент крупными буквами отпечатано на липе рыжей.
— Все! — объявила Даша, выходя из дверей здания, которые Игорь с привычной галантностью распахнул перед ней. — Мы можем идти.
Они двинулись по залитой солнцем улочке, на которой мальчишки гоняли вдрызг изорванный тряпичный мяч.
— Вы собирались рассказать мне о городе, — напомнил Игорь. — Или так и будем молчать?
Она вскинула голову, и щеки залил нежный румянец.