Расстрел на площади: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И ничего не для острастки, — возражала продавщица. — Ты молодая еще, ничего не понимаешь, а я уже такого повидала на своем веку!

— Я тоже повидала! Я с этими солдатами знакомая. У меня в части друг служит, замечательный парень! Если бы я сейчас его нашла, он бы обязательно подтвердил, что бояться нечего!

Митя, о котором говорила Победа, стоял в солдатской шеренге по другую сторону площади. Лицо его было сосредоточенно.

Он наблюдал за прохаживавшимся взад-вперед старшим лейтенантом Школьником и ощущал подкатывавшую нехорошую тошноту.

Школьник не просто волновался, — казалось, он готовился к выполнению какой-то важной, но до поры неизвестной миссии и потому поглядывал на солдат взвода не снисходительно-покровительственно, как бывало обычно, а пристально и испытующе.

Может быть, Митя и не обратил бы внимания на странное поведение комвзвода, если бы не приказ раздать солдатам боевые патроны.

«Ну, оружие — это еще куда ни шло, — размышлял Митя. — Для толпы автомат в руках военного — это активно действующий психологический фактор. Но зачем нужны боевые патроны? Ясно ведь, что никто не собирается стрелять».

Он не мог найти сколько-нибудь приемлемого объяснения этому настораживающему обстоятельству, и потому сам, подобно Школьнику, нервничал все больше и больше.

Митя боялся признаться себе, что думает не только о безымянных людях из толпы. Ведь вполне могло оказаться, славная девчонка с нелепым именем Победа тоже крутилась теперь среди них.

Она такая, думал Митя, она ведь дома отсиживаться не станет, еще и стишок сочинит!

Он пытался высмотреть в людском круговороте знакомое лицо, однако безуспешно.

Зато в эту самую минуту Победу внимательно рассматривал биатлонист-снайпер Рудольф, расположившийся со своей винтовкой у слухового чердачного окна здания напротив.

«Как же медленно тянется время! — с нетерпением думал Рудольф, с интересом изучая размахивающую руками Победу. — Давно пора устроить шухер!» Несколько раз он ласково касался пальцем спускового курка и ощущал сладостную дрожь при мысли, что еще одно движение, слабый нажим — и вон тот мужик с балалайкой, или тетка, лузгающая семечки, или округлая (похоже, беременная) девчонка, гуляющая в сквере напротив площади и с любопытством прислушивающаяся к речам ораторов, — они беспомощно взмахнут ватными ручками и брякнутся оземь. И никогда уже не подымутся.

Согласно приказу, Рудольф с раннего утра занял боевую позицию на чердаке. Здесь было пыльно, душно и то и дело раздавался неприятный шорох — это бегали в грудах тряпья и прочего хлама огромные крысы. Ожидание казалось мучительным.

Пощипывая ус, Рудольф от нечего делать выбирал себе будущую первую жертву. Беременная девчонка из сквера подходила на эту роль больше остальных.

Рудольф не любил беременных. Более того — терпеть не мог.

Он с отвращением взглядывал на новенькое, поблескивающее в полутьме обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки, и губы его против воли презрительно кривились.

Не так давно он всего-то отодрал симпатичную веснушчатую девчонку — очередную, одну из многих, что попадались на его пути, а она, подлюка, взяла да и забеременела.

Ему пришлось жениться, потому что в дело вмешалась комсомольская организация, и Рудольф с отчаянием осознал: либо он немедленно вступит с Вероникой в законный брак, либо судьба и карьера его будут разрушены раз и навсегда.

Ставить крест на карьере Рудольф не хотел.

Он надел на палец обручальное кольцо.

Глупая девчонка Вероника, кажется, и вправду втюрилась в него; ради Рудольфа она бросила своего жениха, отбывавшего службу в рядах Советской Армии (кстати, если Рудольф не ошибался, как раз в этих местах).

Как говорили, узнав об этом, жених бросился в бега, надеясь добраться до неверной бывшей возлюбленной, но его вскоре поймали и осудили за дезертирство. Поделом.

Узнав об этом, Вероника пустила слезу, а Рудольф презрительно усмехнулся.

— Нет, ты только представь, — сказал он, косясь на ее заметно округлившийся живот, — была бы ты замужем не за мной, а за каким-то хмырем, недоделанным актеришкой, и фамилия у тебя была бы — Сидоренко! Сидоренко — это ж просто смех какой-то!

Теперь, глядя сквозь оптический прицел на прогуливающуюся по скверу Лиду, Рудольф вспоминал Веронику и горел желанием хоть таким способом свести счеты с женским полом. Наверняка и эта пытается теперь окрутить ни в чем не повинного парня! — думал Рудольф. — Ну, ничего, подожди же, я тебе еще отомщу за весь мужской род!

В это же самое время, полускрытый тяжелой занавеской, Анатолий Дмитриевич Баранов наблюдал за происходящим на площади из окна горкомовского кабинета. Чуть поодаль, как перепуганные курята, жались инструкторы под предводительством второго секретаря Авдюшенко. В углу топтался мрачный первый секретарь Ростовского обкома партии Певцов. Все они ощущали себя растерянными и беспомощными — все, за исключением высокого посланника из центра.

— Что будем предпринимать? — грозным тоном поинтересовался Анатолий Дмитриевич. — Страсти накаляются!

— Может, стоит выйти к ним? Поговорить? — неуверенно предложил Авдюшенко и тут же залился краской под тяжелым взглядом партийного босса.

— Да? — усмехнулся Баранов. — Кто говорить будет? Ты?