– Когда? – спросила я. – Когда ты видел, как они вместе уходили?
Гусь уронил руку и пожал плечами:
– Не знаю. Может, неделю назад.
«Не той ночью, когда она пропала», – дошло до меня. Этот парень не работал в субботу. Однако его заявление связало Ирину и Беннета, доказывая, что те проводили время вдвоем. Если «Слизняк» Джефф скрывал именно это, то Беннет Уокер – тот самый мужик, с которым Ирина уехала, и который купил молчание парнишки.
– И этот тоже.
Голос парковщика прервал мои размышления.
– Что?
– Этот, – повторил он, кончиком пальца указывая на страницу журнала.
– «Эскалэйд».
Джим Броуди.
– У него куча девчонок, – поведал Гусь. – Не знаю почему. Он очень старый.
– И очень богатый, – заметила я.
Со стоянки вприпрыжку вернулся подозрительно насторожившийся «Слизняк» Джеф.
– Так, Джеф, – начала я. – Твой друг рассказал, что видел, как эта девушка уходила с Джимом Броуди.
– Нет, не видел, – возразил Джефф. – Он в ту ночь даже не работал.
– Не в ночь субботы, – поправил высокий. – На прошлой неделе. Помнишь? Ты был здесь.
Джеф вытаращился на приятеля:
– Какой же ты, мать твою, тупой! Заткнись! Нельзя говорить о клиентах!
– Знаешь, что, Джеф? – решительно вставила я. – Если одни из этих ребят последним видел девушку живой, то мы говорим не о клиенте. Мы говорим об убийце. И ты в клубе «Намек-понял-мальчики-есть-мальчики» не состоишь. Ты пособник и соучастник в тяжком убийстве. За это тебя в колонию для малолетних преступников не отправят. Можешь просить мать паковать чистое белье и большой тюбик вазелина, потому что отправишься сожительствовать с большими шишками.
Не сходя с места, я вытащила из сумки мобильник и позвонила Лэндри. Я не была уверена: возьмет он трубку или нет. К его чести, взял.
– Тут на стоянке «Игроков» сегодня ночью два швейцара работают, – без предисловий выложила я. – Ты должен как можно скорее с ними поговорить. У них имеется информация.
Я повесила трубку. Мальчики стояли плечом к плечу, Матт и Джефф [3], в буквальном смысле раскрыв рты.
– В ближайшее время вы встретитесь с детективом Лэндри из офиса шерифа, – объявила я. – Прошу предать ему мои наилучшие пожелания.
Я оставила их паниковать, и пошла к своей машине. Стоило мне нажать на брелоке кнопку, разблокирующую двери, фары вспыхнули, и машина издала звук, немного напоминающий волчий вой. С капота кто-то соскочил и повернулся ко мне лицом.
Не знаю, кто из нас больше испугался: я или своеобразный маленький персонаж, запустивший руку в пакет с едой из «Бургер Кинга», который я оставила на капоте.
Мы стояли и пялились друг на друга. На женщине был надет тот же самый странный наряд, что и в прошлый раз: черный балахон, скрывающий все кроме лица, колпак с помпоном и туфли на платформе. Изменения претерпел лишь ее макияж. Сегодня ночью лицо покрывали темные цвета: как мне показалось синий и фиолетовый, но из-за плохого освещения стоянки я не была в этом уверена. Область вокруг левого глаза она обвела серебряным. От правого уголка рта к уголку правого глаза через всю щеку тянулись извилистые линии.
– Ты гадкая! – выкрикнула женщина.
– Я гадкая? Вообще-то, ты мой ужин ешь.
Она скомкала пакет и спрятала за спину.
– Нет, не ем.
[[3] Популярный американский комикс о разношерстной парочке хвастунов: один – коротышка, другой – каланча.]