– Или тебя мой отец подослал? – спросила я. – Уверена, ты его встречал. Наверное, катался на одной из его лодок вместе с Беном. Иисусе, да он, должно быть, твой адвокат тоже.
– Я отказался, – возразил Барбаро. – Броуди предлагал, я отказался.
– Так ты крыса, бегущая с тонущего корабля? В этом дело? Решил попытать счастья самостоятельно?
– Я виноват лишь в том, что на многое закрывал глаза.
– Да? Ну, так девушка умерла как раз в тот момент, когда ты отвернулся, – просветила я. – Этот факт делает того, кто отводит глаза в сторону, соучастником.
– Меня там не было, – настаивал он.
– Твоя новая байка?
– Это не байка. Выслушай меня, – просил Барбаро. Он оглянулся через плечо, проверяя, нет ли поблизости камер и микрофонов. Никто нас не заметил.
– Я не был там с Беннетом всю ночь, – заявил он.
Я обуздала свой нрав и теперь изучала лицо Барбаро. Много лет пошло с тех пор, как я научилась вычислять лжеца, что удавалось мне очень хорошо. Если Барбаро пытался меня надуть, то он очень талантливый человек.
– Где же ты был? – спросила я.
– После вечеринки в клубе я отправился домой к Беннету, но там не остался. Не хотел в этом участвовать.
– Участвовать в чем? – спросила я, пока в моем мозгу наперегонки возникали омерзительные и страшные варианты.
Он оглянулся.
– Я не бойскаут. В моей жизни было много вечеринок. Это не секрет.
– Рожай уже, Христа ради, – рявкнула я. – Я большая девочка. А ты, как сам выразился, не бойскаут. Не трать мое время, притворяясь смущенным или пытаясь деликатно мне это выложить. Я долгое время работала в полиции. Что бы ты ни рассказал, меня не шокирует.
– Ирина… была под кайфом, пьяная, – начал он. – Каждый находился под тем или другим. Ирина сказала Джиму Броуди, что хочет подарить ему на день рождения особенный подарок.
Барбаро определенно чувствовал себя неловко от этих воспоминаний. Я ждала.
– Ирина – единственная девушка, вернувшаяся той ночью в дом Беннета, – продолжал он. Меня замутило от возможного продолжения истории. Ирина, порывистая, накачанная стимуляторами, тщеславная, и полдесятка мужчин, у которых только одно на уме.
– Она хотела…
Я подняла руку, предупреждая какие-либо подробности, которыми Барбаро собирался поделиться. Детали разврата значения не имели. За исключением единственной вещи.
– Кто ее убил? – спросила я.
– Не знаю. Говорю тебе, я ушел. Вернулся сюда пешком, к своей машине.
– Кто-нибудь видел, как ты покинул вечеринку?
– Они были заняты другим.
– Кто-нибудь видел, как ты добирался пешком?
– Нет, но я видел Бет – Лизбет – когда шел к стоянке.
– Попробуй еще раз, – одернула я. – Лизбет покинула клуб около часа ночи.
Барбаро пожал плечами:
– Думал, это она. Выглядела похожей на нее. Я сидел в машине. Она прошла мимо. Посмотрела на меня. Помню: подумал, как странно ее здесь видеть. Впрочем, я напился. Полагаю, что мог ошибиться.