— Что? — А вот этого она не ожидала. Обычно кураторов назначали.
— Куратора, говорю, выбирай. Из имеющихся. Можешь сразу выбрать, можешь по очереди, — Мердок оскалился. — Или ты думала, что я тебя так просто отпущу? Зря. За все надо платить дорогуша, а за хорошее отношение особенно. Так что давай, лапуля, не тяни крысу за хвост.
Грас гаденько рассмеялся. Девушка набрала в грудь воздух…
«Ничего. Так надо. Я сильная. Я выдержу.»
— А давайте, конкурс устроим.
В глазах Мердока проявился интерес.
— Конкурс, говоришь? А как?
— А просто. — Веру вдруг захлестнуло волной веселой злости. — Пусть они в ряд встанут и штаны снимут. У кого хрен до хвоста дотянет, тот и выиграл.
Мердок пристально посмотрел на нее… и расхохотался. Весело, откровенно, во весь голос. Остальные уставились на него с оторопью — смеющийся директор был не менее редким явлением, чем лунные бабочки.
— Надо же, давно я так не веселился, — наконец произнес он. — Хорошая девочка, порадовала старика. Пожалуй, ты заслужила награду. Хочешь знать, в чем смысл нашей встречи?
Вера кивнула.
— Проверить, насколько ты готова к самостоятельной жизни. Сможешь ли ты выдержать ее испытания и не сломаться.
— А остальных вы тоже… испытываете? — где-то внутри нее злость собиралась в комок.
— Конечно.
— И как?
— Таких, как ты, очень мало. Подавляющее большинство послушно встает на колени и задирает хвост.
— Потому что знает, что вы сделаете с остающимися, — выкрикнула девушка.
— А тебе не все ли равно, что с ними будет? Ты же их вряд ли когда-нибудь увидишь, — устало выдохнул директор. — Запомни, девочка, в этой жизни каждый сам за себя. Ладно, устал я что-то. Расписывайся и пошла вон.
Вера на автомате подошла к столу, расписалась где показали, взяла документы, зачем-то пересчитала. В голове колоколом стучало: «Не может быть! Сволочи! Я же сейчас всем расс…».
Додумать она не успела. Грас схватил ее за лапу, развернул, прижал лицом к двери, прорычал:
— Ну уж нет, дрянь, думаешь, отделаешься так просто? — и швырнул ее на ковер, посередь комнаты. Бумаги веером разлетелись по полу.
От удара на мгновение потемнело в глазах, но девушка быстро собралась, перевернулась на спину, огляделась, оценивая.
Бестер слегка подался вперед, явно чего-то ожидая, Мизар и директор не двинулись с места. Грас стоял рядом с ней, расстегивая ремень и неразборчиво что-то хрипя.
— Я… тебе… хр-р… суч-ш-шка, — разобрала она, прежде чем он спустил штаны.
— Сначала отрасти причиндалы, придурок. — Комок злости перетек в лапы, Вера напряглась…
И, со всего размаха врезав насильнику по гениталиям, перекатилась в угол и застыла в угрожающей позе, готовая к битве со всем миром.
Бестер, взрыкнув, дернулся было с места, но директор его опередил. Неторопливо поднявшись, подошел к скорчившемуся на полу Грасу, и, не глядя наступив носом ботинка на его хвост, повернулся к Вере.
— Ты. Сейчас. Берешь бумаги. И. Выходишь за дверь, — произнес он леденящим душу шепотом. — Ни с кем не разговариваешь, ни на кого не смотришь. Идешь в свою комнату, берешь вещи и уматываешь в свой новый дом. Твоим куратором буду я. Все поняла? — Кивок в ответ. — Пошла.
Она послушно собрала помявшиеся листы и так же послушно пошла на выход.
У самой двери ее правое ухо обожгло чужим дыханием. Мердок стоял за спиной.