От Ельцина к…? Война компроматов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Какой будет конфигурация власти в новом государстве, есть ли у Кремля основания надеяться, что на пост президента Союза удастся провести именно Б. Ельцина и «отфильтровать» других возможных кандидатов, — было не ясно. Однако в близких к Н. Гончару кругах считали, что лишь одно проведение референдумов позволит почти на год продлить полномочия Б. Ельцина. Тем самым он надеялся сломать и лишить смысла формировавшийся центристский блок Лужкова — Примакова — Шаймиева.

Глава 2

КТО СНЯЛ СЕРГЕЯ СТЕПАШИНА

Конец первой декады августа 1999 года ознаменовался серьезными перестановками в президентской команде, ставшими итогом победы сторонников жесткой линии. Отставка С. Степашина с поста премьер-министра и назначение председателем правительства бывшего секретаря Совета безопасности, директора ФСБ В. Путина была вызвана чисто политическими причинами. С. Степашин оказался не в состоянии решить основные задачи, которые встали перед «семьей» в период окончания президентских полномочий Б. Ельцина.

С. Степашин не сумел воспрепятствовать формированию центристского блока «Отечество — Вся Россия», созданного незадолго до его отставки. Премьер не сумел перехватить хотя бы инициативу в этом блоке и подчинить его целям Кремля. Речь идет о попытках Кремля поставить С. Степашина первым номером в избирательном списке этого блока. Неудача в попытке перехватить лидерство в создаваемом блоке, нанесла чувствительный удар по позициям С. Степашина.

Кроме того, сорвалась попытка Кремля создать во главе с С. Степашиным партию «неприсоединившихся» губернаторов, которую президентское окружение рассчитывало противопоставить центристскому блоку Лужкова — Шаймиева.

Кремль с самого начала поставил перед правительством С. Степашина основную цель — установление контроля над газовой монополией и связал с решением этой задачи вопрос о пребывании С. Степашина на посту премьер-министра. Провальные для Кремля результаты атаки на «Газпром», очевидно, учитывались при принятии президентом решения об отставке премьера.

«Газпром» играет одну из ключевых ролей в развертывании важнейших политических процессов. Концерн принял активное участие в формировании движения «Вся Россия». Символично, что представитель «Газпрома» П. Родионов, первый заместитель председателя правления газовой корпорации, был избран в состав президиума политсовета движения.

Кроме того, «Газпром» является одним из крупнейших акционеров «Медиа-Моста» — по разным оценкам, корпорация владеет от 30 до 49 процентов акций этого медиа-холдинга. По некоторым сведениям, в лоббистских планах «Газпрома» объединение «Отечества» и «Всей России» также играло вполне определенную роль. В частности, речь шла об использовании его для создания мощного лобби газовиков в Государственной думе.

Таким образом, в системе отношений между «Отечеством», «Всей Россией», Кремлем, правительством «Газпром» занимал ключевое место, чем и объяснялось стремление президентской команды поставить, к примеру, в «степашинский» период корпорацию под свой полный контроль.

Эта ключевая задача осталась невыполненной, то есть правительству не удалось овладеть и мощным информационным ресурсом, находившимся в руках политических недоброжелателей президента и его семьи — медиа-холдингом В. Гусинского.

Прямые атаки на эту информационную корпорацию не дали результата, так как В. Гусинский, помимо ряда предпринятых мер, воспользовался поддержкой израильского премьер-министра Барака, который нанес однодневный рабочий визит в Москву. По сообщениям прессы, Барак в беседе с глазу на глаз попросил у Б. Ельцина уладить конфликт между президентской администрацией и холдингом «Медиа-Мост», который немало сделал для победы Барака на выборах.

После визита Барака в Москву Федеральная служба налоговой полиции прекратила налоговые проверки, начатые в последней декаде июля в компаниях, входящих в «Медиа-Мост». Считалось, что эти акции были инициированы кремлевской группировкой Дьяченко — Березовского — Абрамовича — Волошина. Эксперты не исключали, что на тормозах будет спущен и конфликт между группой «Медиа-Мост» и «Внешэкономбанком», угрожавшим обанкротить входящую в холдинг компанию «НТВ Плюс». Во всяком случае, определенный шаг в этом направлении был сделан: Московский арбитражный суд отменил свое определение по обеспечительному аресту счетов «Медиа-Моста» и «НТВ Плюс».

Ситуация на информационном фронте для Кремля неожиданно начала ухудшаться и в связи с тем, что после важной политической победы, одержанной командой Ю. Лужкова, сумевшей выстроить блок «Отечество — Вся Россия», отношение к московскому мэру в олигархических кругах начало меняться.

Так, информационно-аналитическая программа ОРТ «Время», контролируемая Б. Березовским, прекратила «информационную войну», которую она вела против «Медиа-Моста» и «Газпрома». В то же время в студию «Времени» был приглашен «триумфатор» Ю. Лужков, давший первое за последний год интервью на ОРТ. Таким образом, для Кремля возникла вполне реальная угроза потери тех информационных ресурсов, которые прежде считались исключительно «президентскими».

Этот ход команды Б. Березовского был тем более неожиданным, что в интервью «Общей газете» (5.08.99 г.) Ю. Лужков фактически потребовал устранения из команды Кремля Б. Березовского и А. Волошина, высказавшись о них весьма нелицеприятно: «Страной сейчас, по сути, руководят два человека, которые проходят по уголовным делам, — Б. Березовский и А. Волошин. И после этого хотят, чтобы к администрации президента кто-то испытывал доверие. Никогда этого не будет. Честным людям рот уже не заткнешь, правда все равно наружу выйдет».

Команда С. Степашина не справилась и с политическим заказом президента в отношении центристской и левой оппозиции. В частности, креатура С. Степашина — министр юстиции П. Крашенинников не нашел оснований для запрета КПРФ и для исключения из парламентской гонки блока «Отечество — Вся Россия». Как раз накануне отставки С. Степашина Минюст обнародовал информацию о том, что не видит препятствий для участия этого объединения в парламентских выборах.

Мало чем помог экс-премьер и еще одной затее Кремля, связанной с идеей выстраивания правого блока, который пытался сформировать А. Чубайс на основе своего «Правого дела», «Новой силы» С. Кириенко и «Голоса России» К. Титова. К моменту отставки С. Степашина правый блок дал трещину, и появились сообщения о намерении лидера «Голоса России» К. Титова выйти из него. Это также, вероятно, объяснялось стремлением дистанцироваться от Кремля, потерпевшего чувствительное политическое поражение.

Кроме того, начал упираться и лидер движения «Наш дом Россия» В. Черномырдин. Он рассматривался правыми в качестве своего естественного союзника, однако не стал препятствовать стремлению «головки» НДР блокироваться с центристскими силами.

На заседании политсовета НДР 6 августа потерпели поражение попытки близкого С. Степашину А. Чубайса склонить НДР к идее вхождения в правый блок.

По мнению большинства экспертов, они были заранее обречены на неудачу в силу того, что ранее А. Чубайс вел себя не вполне адекватно ситуации: достаточно категорично заявлял с различных трибун, что у НДР нет выбора — «Наш дом» должен либо присоединиться к недавно созданному под его эгидой правому блоку, либо обречен на исчезновение. Эти безапелляционные высказывания вызвали у В. Черномырдина и других руководителей НДР раздражение, так как А. Чубайс явно залез «не в свою епархию».

Отвечая в связи с этим на вопросы журналистов, А. Чубайс не стал скрывать, что его попытка склонить НДР к союзу с правым блоком не привела к успеху. По сообщениям некоторых СМИ, «главный энергетик» в тот же день неожиданно приветствовал объединение «Отечества» и «Всей России», употребив свою излюбленную метафору и назвав этот альянс «последним гвоздем в крышку гроба коммунистической идеи».

Можно назвать и другие, правда, менее значимые причины, приведшие к отставке С. Степашина, однако они скорее подпадали под категорию поводов, нежели объясняли ставшего для многих неожиданным политический смысл такого шага Кремля.

Так, есть сведения, что мощную кулуарную атаку на С. Степашина провел первый вице-премьер Н. Аксененко, на его «подсиживание» достаточно прозрачно намекнул С. Степашин, прощаясь с правительством. Недоброжелательность первого «вице» в отношении С. Степашина объясняется не только тем, что последний являлся личным соперником Н. Аксененко в борьбе за премьерский пост, но и в силу своей принадлежности к иному — «чубайсовскому» — политическому клану, интересы которого расходились с интересами группы Березовского — Абрамовича, стоявшей за Н. Аксененко.

Явно обращали на себя внимание и другие обстоятельства, сопутствовавшие отставке кабинета С. Степашина. Например, буквально накануне очередного правительственного кризиса кто-то организовал попытку покушения на логовазовский офис Б. Березовского. Эта новость в электронных СМИ утром 9 августа подавалась сразу же после сообщения об отставке правительства, создавая впечатление некой связи между этими событиями.

Распространялись слухи о том, что конфликт на границе Дагестана с Чечней имел искусственный характер и специально раздут для того, чтобы объяснить отставку С. Степашина. Известный политический таблоид «Версия», выпускаемый издательским домом «Совершенно секретно», опубликовал материал о контактах между чеченским полевым командиром Ш. Басаевым и «человеком, похожим на главу президентской администрации А. Волошина». По данным газеты «Сегодня» (12 августа), А. Волошин встретился с Ш. Басаевым в пятницу, 7 августа. После резкого обострения обстановки на границе между Чечней и Дагестаном, С. Степашин был обвинен в неспособности справиться с ситуацией.

В СМИ приводились и другие пикантные подробности очередной внезапной смены премьера, вплоть до слухов, что он якобы обсуждал со своими помощниками планы перехвата власти у президента в случае очередной потери трудоспособности последним.

Не исключено, кстати, что определенную роль в партии оппонентов Б. Ельцина сыграли и влиятельные международные финансовые круги. Так, некоторые аналитики считали, что неудача, постигшая российскую делегацию во главе с министром финансов М. Касьяновым на переговорах с Лондонским клубом, могла быть связана с недовольством западных финансистов тем, что в России укреплялись позиции именно тех кругов, которые имели плохую репутацию на Западе. Ходили слухи, что во время своего визита в США С. Степашин старался показать связи между М. Касьяновым и группировкой Березовского — Абрамовича.

Неудача на переговорах с Лондонским клубом могла привести к серьезным последствиям, тем более что она совпала с публикацией отчета аудиторской компании Rrise  Wateghouse  Sоогеgs  о финансовой деятельности ФИМАКО и письмом, направленным МВФ правительству и Центробанку России о вскрытых в результате проверки нарушениях в размещении и использовании золотовалютных резервов ЦБ, прежде всего, в 1996–1997 годах, когда они фактически прокручивались на российском рынке ГКО — ОФЗ. При желании эти материалы могли стать поводом для серьезных выводов в отношении дальнейших кредитов реструктуризации российских долгов.

Наконец, среди версий отставки С. Степашина не последнее место занимала гипотеза о том, что, предпринимая этот шаг, Кремль рассчитывал на то, что Дума не даст своего согласия на назначение премьером В. Путина, считавшегося «непроходным».

Однако главной причиной недовольства С. Степашиным со стороны Кремля, очевидно, явилось то, что он был представителем «гибкой» политической тактики, стремившимся играть роль посредника во взаимоотношениях между президентской командой и ее оппонентами.