— О, прошу прощения, — ответил с энтузиазмом Бэндон, — эти гады внизу кишмя кишат. Трудно не попасть.
Он вскарабкался и встал рядом с Честером:
— Уф-ф! А веревка-то режет! А нам еще ползти да ползти.
Стрела отрикошетила от скалы в метре от головы Честера.
— Давай скорее отсюда выбираться, иначе они нас зажмут в тиски. Если тебя ранят, постарайся не стонать.
— Я сейчас их отвлеку, — сказал Бэндон. Он наклонился, с натугой поднял камень размером с голову и обрушил его вниз в темноту. Мгновение спустя раздались почти одновременно два нечеловеческих вопля.
— Ага! — оживленно вскричал Бэндон. — Попал!
Еще три болезненных подъема, и полчаса спустя Честер и Бэндон лежали, вытянувшись на широком уступе. Воинственные крики внизу стихли, и раздавались лишь время от времени приглушенные проклятья и стоны. Поток стрел прекратился.
— Похоже, что мы оторвались вчистую, — сказал Бэндон, — эти вонючки легко сдались.
— Отдохнем несколько минут, — сказал Честер, — затем взберемся на вершину и спустимся с обратной стороны по направлению к Центру.
— О-о, — простонал Бэндон.
— Что случилось?
— Клянусь, я что-то забыл, важное.
— Ну, я не думаю, что в этих обстоятельствах нам нужно возвращаться за тем, что ты забыл.
— Да нет, я забыл сказать тебе… Эта скала, на которую мы залезли… Не удивительно, что ребята не торопятся нас преследовать…
— А что такое?
— С нее нельзя спуститься. Если бы ты посмотрел на нее днем, ты бы понял, о чем я говорю. Она вдавлена вовнутрь, и единственная плоскость, на которой можно удержаться, это та, где мы находимся.
Восходящее солнце пекло коротко подстриженную голову Честера, когда он, исследовав площадку, подошел к валуну, к которому и прислонился сидящий Бэндон.
— Ну, что я тебе говорил, — сказал он, — мы завязли.
— Почему ты ничего не сказал мне о топографических особенностях местности прошлой ночью, когда я объявил о решении идти в этом направлении? — спросил Честер.
— Думаю это не имеет никакого значения, поскольку я не мог и представить, что ты каким-нибудь образом сможешь забраться сюда. Я думал, что ты вернешься через несколько минут, прося у меня прощения за такое рискованное поведение. Очевидно, я был круглым дураком.
— Последнее трудно оспаривать.
Честер еще раз посмотрел за кромку плато. Метров пятнадцать скала шла вертикально, а затем прогибалась вовнутрь. Основание виднелось метрах в ста внизу, плавно сливаясь с зеленым ковром верхушек деревьев.
— Гриз расставит своих людей везде кругом так, чтобы простреливалась вся местность, — сказал Бэндон. — Даже если нам удастся спуститься вниз, они облепят нас, как мухи бочонок с пивом, еще до того, как мы успеем заправить рубашки в штаны.
Честер перевел взгляд с него на скалу, на ее изгиб, который уходил вниз, вниз…
— Бедная Енэ, — сказал он, — и Кейс.
— Я не знаю, о ком ты печалишься, — вклинился Бэндон, — но ты можешь добавить и собственное имя к списку. Если только мы не подохнем с голода здесь, то это будет только случай, что либо мы сломаем себе шеи, спускаясь, либо рухнем, начиненные стрелами. Единственное, чего мы можем избежать, так это солнечного удара. Давай-ка спрячемся под деревьями.
Они пошли по каменистой поверхности по направлению к поросшему зеленью холму в самом центре скального плато размером в четверть гектара.
— Нам бы поискать что-нибудь съедобное вокруг, — заметил Честер.
— И воды, — добавил Бэндон, — меня уже начинает мучить жажда.