— Мы с Беллой видели несколько человек сразу после прибытия, — вмешался Рун. — Значит, для начала уже кое-кто есть.
— Здорово! — воскликнула Эйслинн и взглянула на Фиона. — Могу поспорить, у них есть хоть одна из пяти сил, верно? — Фион кивнул. — Отлично. Это сэкономит мне время на проверку каждого встречного.
— Возможно, многие работают на старейшин, как и там, откуда ты родом.
— Я думала об этом. Они проделали чертовски хорошую работу, загоняя нас обратно в Штаты. Без вариантов, что они провернут здесь тот же трюк.
Рун подбежал к Эйслин и заявил:
— Я могу выяснить это.
Она скормила ему абрикос.
— Как? От них будет пахнуть лемарианцами?
Волк заворчал.
Эйслин положила руку на плечо Фиона.
— Можем ли мы использовать мой дар Провидца, как в прошлый раз, чтобы точно определить, где их найти?
Фион вздрогнул под ее пронзительным золотистым взглядом.
— Да, можем. Но здесь это делать гораздо опаснее.
— Почему?
— Лемарианцы знают, что мы напали на их след. Когда мы с тобой собирали тысячи людей, то все еще владели элементом неожиданности.
— Хм. Я не задумывалась над этим. У тебя есть лучшие предложения?
— У нас мало времени…
— У нас есть месяц. Это намного дольше, чем было в Неваде, когда мы собирали всех подряд, чтобы атаковать Слотоса, — она отпустила его плечо и прищурилась. — Ты не хочешь, чтобы я это делала.
«Нет смысла лгать».
— Ты права. Я не хочу, чтобы ты подвергала себя опасности.
Ее золотистые глаза потемнели и стали янтарными. Фион понял, что она сердится.
— Я тоже не хочу, чтобы кто-то из нас подвергался риску, но это нереально. Ты не можешь посадить меня в клетку. Вскоре ты перестанешь меня уважать. Хуже того, я сама перестану уважать себя за то, что уступила твоей иррациональной потребности оберегать меня.
Фион осознал, что она была права. Пристыженный, он опустил глаза.
— Просто я не хочу потерять тебя, девушка. Я так долго был один, — он обнял ее за плечи и притянул к себе, но ее тело было напряжённым и неподатливым.
— Нет, — она выскользнула из его хватки и повернулась к нему лицом. — Обычно мы либо теряемся в похоти друг к другу, либо разговариваем. На этот раз будем разговаривать.
— Хорошо, — Фион сложил руки на коленях.
— Что? — фыркнула она. — Значит, возвращаемся к английскому. Неужели я настолько тебя расстроила?
Он покачал головой. Его чувства были в таком беспорядке, что трудно было понять их смысл. Фион на мгновение задумался, стараясь тщательно подбирать слова:
— Да. Английский, потому что я не хочу, чтобы в разговоре возникло какое-нибудь недопонимание. Все мы — продукты нашего окружения. Ты должна понять, что современный мир, в котором женщины рассматриваются как равные партнеры во всем — это лишь малая часть тех лет, которые я прожил…
Эйслин скрестила руки на груди.